Электронная библиотека книг Стивена Кинга

Обложка книги Стивена Кинга -  Почти как `бьюик`
Почти как `бьюик`

- Надо позвонить Тони.

- Вот это ни к чему, - возразил Сэнди. - Пусть пообедает. Позвоним позже, если понадобится. Но я очень надеюсь, что мы сможем без этого обойтись.

*** Прежде чем проверять что-то еще, даже комнату отдыха наверху, Керт и Сэнди завернули в гараж Б. Обошли автомобиль, сунулись в кабину, заглянули под днище. Никаких следов Энниса Рафферти не нашли. В непосредственной близости от "бьюика" в этот момент вообще никого не было.

- Здесь холодно или мне кажется? - спросил Кертис, когда они уже собрались вернуться в здание. Опустился наг колени, еще раз заглянул под днище. Поднялся, отряхнул брюки. - Я понимаю, здесь не холодильник, но вроде бы куда как прохладнее, чем должно быть, не правда?

Сэнди, наоборот, изнывал от жары, пот так и струился по лицу, но, возможно, причину следовало искать в нервах, а не в температуре воздуха в гараже. Он подумал, что холод, о котором говорит Керт, - отголосок того, что он чувствовал или думал, что чувствует, на автозаправочной станции "Дженни".

Керт без труда прочитал его мысли.

- Может, и так. Может, мне это только кажется. Черт, не знаю. Давай проверим всю базу. Может, он внизу, в каптерке, решил поспать. Не впервой.

Они вошли в гараж Б не через большие сдвигаемые ворота, а через обычную дверь, открываемую поворотом ручки, в правой стене. Керт остановился на пороге и, вместо того чтобы выйти из гаража, обернулся и еще раз посмотрел на "бьюик". Тот стоял у стены, где висели молотки, ножницы для резки металла, грабли, лопаты и даже один ручной бур (красные буквы "АА" на рукоятке расшифровывались не как "Анонимные алкоголики", но как Арки Арканян), и зло смотрел на вроде бы автомобиль. Почти с ненавистью.

- Это не мое подсознание, - говорил он скорее себе, чем Сэнди. - Я действительно почувствовал холод. Если не сейчас, то тогда уж точно.

Сэнди промолчал.

- И вот что я тебе скажу, - продолжал Керт. - Если этот чертов автомобиль останется здесь надолго, я повешу в гараже термометр. Заплачу за него из собственного кармана, если надо. И посмотри! Кто-то оставил открытым чертов багажник. Интересно, кто...

Он замолчал. Их взгляды встретились, в головах мелькнула одна и та же мысль: ".Хорошие же мы копы".

Они заглянули в кабину "бьюика", под днище, но проигнорировали место, которое, по крайней мере в фильмах, убийцы, как профессионалы, так и любители, часто использовали для временного хранения трупа.

Вновь подошли к "бьюику", постояли у заднего бампера, вглядываясь в черную щель под приподнятой крышкой багажника.

- Подними крышку, Сэнди, - прошептал Керт.

Сэнди не хотелось, но он понимал, что придется: Керт в конце концов новобранец. Глубоко вдохнул и поднял крышку. Она просто взлетела. Когда открылась до отказа, раздался громкий стук, от которого мужчины подпрыгнули.

Керт схватил Сэнди за руку. Такими холодными пальцами, что Сэнди чуть не вскрикнул.

Мозг - мощный, но зачастую ненадежный механизм.

Сэнди настолько уверовал, что они найдут Рафферти в багажнике, что на мгновение даже увидел его тело: в позе зародыша, в джинсах и белой рубашке, покойник, каких оставляют киллеры мафии в багажниках украденных "линкольнов".

Но на самом деле патрульные увидели лишь перекрещивающиеся тени. Багажник "бьюика" пустовал. И на коричневой обшивке не было ни единого инструмента или масляного пятна. Какое-то время они постояли, наконец Керт то ли хмыкнул, то ли нервно хохотнул.

- Пошли, - бросил он. - Нечего нам тут больше делать. И захлопни на этот раз эту чертову крышку. Перепугала меня до смерти.

- Меня тоже, - ответил Сэнди и с грохотом захлопнул крышку. Потом пошел за Кертом к двери в стене, увешанной инструментами.

Кертис вновь оглянулся.

- Чертова штуковина, - вырвалось у него.

- Да уж, - согласился Сэнди.

- От нее мурашки по коже бегут, правда?

- Это точно, новобранец, но твоего напарника а ней нет. И в гараже тоже. В этом можно не сомневаться.

Слово новобранец Кертиса не покоробило. Они оба знали, что очень скоро он уже станет полноправным патрульным. Он смотрел на автомобиль, поблескивающий краской, с плавными обводами, - такой красивый. Смотрел прищурившись, так, что между веками синели лишь две полоски.

- Такое ощущение, что он разговаривает. Я уверен, это всего лишь мое воображение, но...

- Именно так.

- ..я буквально слышу его. Он что-то бормочет, бормочет и бормочет.

- Замолчи, а не то у меня кожа пойдет мурашками.

- Ты хочешь сказать, что пока еще не пошла?

Сэнди предпочел не отвечать.

- Валим отсюда, хорошо?

Они переступили порог, но, прежде чем закрылась дверь, Кертис еще раз успел посмотреть на "бьюик".

*** Они обследовали все здание, начали с верхнего этажа, где находилась комната отдыха и отделенная от нее синей занавеской спальня с четырьмя койками. Энди Колуччи смотрел телевизор, двое патрульных, которым предстояло заступить в замогильную смену, спали; Сэнди слышал их храп. Тем не менее заглянул за занавеску. Все так, спящих двое, один мягко посапывает носом, другой, громко храпя, спит с открытым ртом. Энниса нет. Сэнди и не ожидал найти его там. Если Эннису хотелось поспать, он обычно шел в подвал и устраивался на большом вращающемся стуле, который хорошо смотрелся с металлическим столом времен Второй мировой войны и старым ламповым радиоприемником на полке, играющим легкую музыку. Однако они не нашли Энниса и в подвале. Радиоприемник молчал, вращающийся стул пустовал. Не удалось его обнаружить и в кладовых, маленьких, плохо освещенных, похожих на камеры в подземелье.

В здании было четыре туалета, считая стальной, без крышки унитаз в "Уголке плохишей". Эннис не прятался ни в одном из трех с дверьми. Не было его ни на кухне, ни в коммуникационном центре, ни в кабинете сержанта, который в это время пустовал, хотя дверь оставалась открытой.

Теперь к ним уже присоединился и Хадди Ройер. Орвиль Гарретт уехал домой (возможно, боялся, что сестра Энниса самолично заявится в расположение взвода) и оставил Мистера Диллона на попечение Хадди, так что собака тоже составила им компанию. Кертис объяснил, что они делают и почему. Хадди сразу все понял. У него было простецкое, открытое крестьянское лицо, но на отсутствие ума жаловаться не приходилось. Сразу подвел Мистера Д к шкафчику Энниса, приказал принюхаться, что Мистер Д и проделал с неподдельным интересом. К ним подошел Энди Колуччи и еще двое свободных от смены патрульных, которые приехали на базу, чтобы поглазеть на "бьюик". Они вышли из здания, разделились на две группы и обошли территорию, зовя Энниса. Дневного света еще хватало, хотя солнце уже закатывалось за горизонт, окрашивая небо в красные тона.

Керт, Хадди, Мистер Д и Сэнди составили одну группу.

Мистер Диллон шел медленно, нюхал все подряд, но лишь один раз оживился, около "гремлина" Энниса. Да только они уже знали, что в автомобиле никого нет.

Поначалу имя Энниса они выкрикивали, чувствуя себя полными идиотами, им казалось, узнай кто об этом, над ними начали бы смеяться, но когда они сдались и вернулись к зданию, настроение изменилось. Теперь они уже поняли, что ситуация более чем серьезная.

- Давай отведем Мистера Д в гараж и посмотрим, что он там унюхает, - предложил Керт.

- Ни в коем разе, - ответил Хадди. - Не нравится ему этот автомобиль.

- Да перестань, Эннис - мой напарник. А кроме того, возможно, отношение старины Д к автомобилю изменится.

Но отношение старины Д не изменилось. То есть вне гаража он вел себя нормально, но начал натягивать поводок, когда патрульные подходили к боковой двери. Голову опустил, носом буквально терся об асфальт. Еще большую активность он проявил, когда они добрались до двери. Патрульные не сомневались, что пес уловил сильный запах Энниса.

Потом Кертис открыл дверь, и Мистер Диллон забыл про запахи. Тут же начал выть, подогнул задние лапы, будто их свело судорогой. Шерсть встала дыбом, он обмочился, оросив порог и бетонный пол гаража. А мгновением позже начал рваться с поводка, который держал Хадди, не переставая выть, пытаясь, пусть и с неохотой, войти в гараж.

Ненавидел то, что стояло там, боялся, но тем не менее старался приблизиться.

- Ладно! Уведи его! - крикнул Керт. До этого он держался очень хорошо, но долгий и нервный день дал о себе знать, так что до срыва оставалось совсем ничего.

- Это не его вина, - начал Хадди, но, прежде чем продолжил, Мистер Диллон поднял голову и завыл.., только Сэнди показалось, что это не вой, а крик. Собака вновь рванулась вперед, таща за собой Хадди. Она уже вошла в гараж, не переставая выть, рваться с поводка, ссаться, как щенок. Ссаться от ужаса.

- Я знаю, что не его, - кивнул Кертис. - Ты был прав с самого начала, я письменно извинюсь, если хочешь, но сейчас убери его отсюда!

Хадди попытался вытащить Мистера Диллона из гаража, но пес был крупный, под девяносто фунтов, и не хотел уходить. Керту тоже пришлось взяться за поводок, чтобы сдвинуть Мистера Д в нужном направлении. Дело дошло до того, что они завалили собаку на бок и волоком вытащили из гаража (как мешок с хорьками, говорил потом Сэнди), хотя Мистер Д сопротивлялся отчаянно, выл и злобно скалил зубы.

Как только пса оттащили от двери, Керт захлопнул ее. В ту же секунду Мистер Диллон расслабился и перестал бороться. Словно в его голове щелкнул выключатель. Пару минут полежал на боку, приходя в себя, потом вскочил. Недоуменно посмотрел на патрульных, как бы говоря: "Что случилось, парни? Вроде бы все шло хорошо, а потом я ничего не помню".

- Срань господня, - просипел Хадди.

- Отведи его в дом, - попросил Керт. - Не следовало мне уговаривать тебя идти с ним в гараж, но я очень волнуюсь из-за Энниса.

Хадди увел пса, к Мистеру Д вновь вернулось спокойствие и хладнокровие, он задержался лишь затем, чтобы обнюхать башмаки других патрульных, которые обходили базу по периметру в поисках Энниса Рафферти'. И поспешили к гаражу, услышав вой Мистера Д, узнать, что там происходит.

- Расходитесь, парни. - Так Сэнди всегда обращался к зевакам, собиравшимся на месте аварии. - Шоу закончено.

Они разошлись. Сэнди и Керт проводили их взглядами, стоя у закрытой двери гаража Б. Вскоре Хадди вернулся уже без Мистера Диллона. Сэнди наблюдал за Кертом, который вновь взялся за ручку двери, и вдруг ощутил, как изнутри поднимается волна ужаса и напряженности. Чувство это в отношении гаража Б у него возникло впервые, но далеко не в последний раз. За последующие двадцать с небольшим лет он входил в гараж Б многократно, но всегда в нем поднималась темная волна, пугая ужасами, которые маячили на границе зоны видимости, недоступные даже периферийному зрению.

Впрочем, не все эти ужасы оставались недоступными.

Некоторые удалось и увидеть.

*** Они вошли втроем, шурша подошвами по грязному бетону. Сэнди повернул выключатели у двери, и в свете вспыхнувших ламп они увидели "бьюик" - единственную декорацию на совершенно пустой сцене, единственное произведение искусства, выставленное в галерее, стилизованной под гараж. "И как бы они назвали этот экспонат?" - подумал Сэнди. В голове сверкнуло: "Почти как "бьюик", - возможно потому, что внезапно вспомнился когда-то прочитанный фантастический роман Клиффорда Саймака. И тут же, наверное, из-за охватившего его ужаса, в ушах зазвучали строки песни Боба Дилана: "Что ж, если я там умру, ты знаешь, она должна накрыть одеялом постель".

Почти как "бьюик" стоял перед ними, поблескивая бьюикскими фарами, лыбясь бьюикской радиаторной решеткой. Стоял на широких, дорогих покрышках с белыми боковинами, с деревянным приборным щитком-макетом внутри, с рулевым колесом, более уместным на большой яхте. И в нем таилось нечто такое, что заставляло взводного пса одновременно выть от ужаса и рваться вперед, будто его что-то притягивало, как магнит - железную стружку. Если раньше в гараже и было холодно, то теперь - нет. Сэнди видел пот, блестевший на лицах Керта и Хадди, и чувствовал его на своем.

Их общую мысль озвучил Хадди, чему Сэнди только порадовался. У него просто не повернулся бы язык, слишком невероятным казалось это предположение.

- Гребаная хреновина сожрала его. - Сомнения в голосе Хадди отсутствовали напрочь. - Я не знаю, как такое могло быть, но думаю, что он пришел сюда один, чтобы без помех все осмотреть.., и эта хреновина.., уж не знаю как... сожрала его.

- Она наблюдает за нами, - прошептал Керт. - Вы это чувствуете?

Сэнди посмотрел в поблескивающие стеклянные фары-глаза. На ухмыляющийся рот, полный хромированных зубов. Декоративная отделка фар напоминала ресницы. Он что-то чувствовал, это точно. Возможно, всего лишь детский трепет перед неведомым, ужас, который испытывают дети перед домом, в котором, как им сказали, обитают привидения. А может, прав Керт - за ними наблюдали. Почти как "бьюик" наблюдал за ними. Оценивая дистанцию, примериваясь к прыжку, Они смотрели на него, тяжело дыша. А почти как "бьюик" стоял, как будет стоять все грядущие годы, пока президенты приходили и уходили, пока пластинки уступали место лазерным дискам, пока акции росли в цене, а небоскребы падали, пока звезды кино жили и умирали, пока патрульные поступали на службу и увольнялись. Он стоял, реальный, как скалы и розы. И в какой-то степени они ощущали то же, что и Мистер Диллон: его притяжение. В последующие месяцы полицейские, стоящие бок о бок перед гаражом Б, уже ни у кого не вызывали удивления, это стало обычным делом. Они стояли, приложив руки к вискам, чтобы отсечь дневной свет, всматриваясь сквозь окна на больших гаражных воротах. Они напоминали зевак, которые сквозь щели в заборе смотрят на развернувшееся за ним строительство. Бывало, заходили в гараж (в одиночку - никогда, только вдвоем или втроем) и, заходя, вдруг сразу молодели, превращаясь в мальчишек, на спор прокрадывающихся на местное кладбище.

Керт откашлялся. От этого нарушившего мертвую тишину звука Хадди и Сэнди подпрыгнули, потом нервно рассмеялись.

- Пошли отсюда и позвоним сержанту, - сказал он, и на этот раз...

ТЕПЕРЬ: СЭНДИ - ..и на этот раз я возражать не стал. Пошел с ними как послушный мальчик.

В горле у меня пересохло. Я взглянул на часы и особо не удивился, увидев, что прошел целый час. Почему нет, смена-то у меня закончилась. Серые облака все теснее прижимались к земле, но отдаленные раскаты грома проползали южнее.

- В те давние дни, - раздался чей-то голос, грустный и веселый одновременно (этим фокусом, похоже, владеют только евреи и ирландцы), - мы думали, что будем жить вечно, не так ли? ( )

Я повернул голову и увидел Хадди Ройера, уже переодевшегося в гражданское и сидевшего слева от Неда. Не заметил, когда он к нам подошел. У него было все то же открытое, честное крестьянское лицо, что и в 1979 году, но от уголков рта тянулись глубокие морщины, волосы поседели и заметно поредели. По моим прикидкам, теперь он был в том же возрасте, что и Эннис Рафферти в год своего загадочного исчезновения. Выйдя в отставку, Хадди намеревался купить "уиннибаго" и навещать многочисленных детей и внуков. Они расселились по всей Америке, включая, если мне не изменяет память, канадскую провинцию Манитоба. Если б вы попросили и даже не попросили, он обязательно показал вам карту США с красными линиями намеченных маршрутов.

- Да, - вздохнул я, - должно быть, думали. Когда ты подошел, Хадди?

- Я проходил мимо и услышал, как ты рассказываешь о Мистере Диллоне. Хороший был пес, правда? Помнишь, как он укладывался на спину, когда кто-то говорил: "Ты арестован"?

- Да, - кивнул я, и мы улыбнулись друг другу, как улыбаются мужчины, когда говорят о любви или истории.

- Что с ним случилось? - спросил Нед. ()

- " - Умер, - ответил Хадди. - Я и Эдди Джейкобю похоронили его вон там. - Он показал на поле, которое заканчивалось холмом к северу от нас. - Лет пятнадцать назад.

Так, Сэнди?

Я кивнул. На самом деле Мистер Диллон умер четырнадцать лет назад, чуть ли не в этот самый день.

- Как я понимаю, от старости? - спросил Нед.

- Он, конечно, был уже немолод, - кивнул Фил Кандлтон, - это точно, но...

- Его отравили, - яростно оборвал Фила Хадди и замолчал.

- Если ты хочешь услышать продолжение... - начал я.

- Конечно, - воскликнул Нед.

- ..тогда мне надо промочить горло.

Я уже поднялся, когда Ширли подошла с подносом в Руках. На нем стояла тарелка с толстыми сандвичами - с ветчиной и сыром, копченым мясом, курятиной и большой графин с ледяным чаем "Ред Зингер".

- Садись, Сэнди. Я обо всем позаботилась.

- Ты что, читаешь мысли?

Она улыбнулась, ставя поднос на скамью.

- Нет. Просто я знаю, что от разговоров у мужчин разыгрывается жажда, а уж голодны они всегда. Даже дамам иногда хочется есть и пить, не знаю, поверите вы мне или нет. Так что принимайтесь за еду, и я рассчитываю, что ты, Нед Уилкокс, съешь как минимум два сандвича. Больно уж ты худой.

Сандвичи и ледяной чай вызвали в памяти Биби Рота: он рассказывает Тони и Эннису о результатах осмотра "бьюика", а его дети, ненамного старше Неда, пьют ледяной чай и уплетают сандвичи, приготовленные на той же кухне. Там только поменяли линолеум да поставили микроволновую печь. "Время тоже сковано цепями", - подумал я.

- Да, мэм, хорошо.

Нед ей улыбнулся, как мне показалось, из вежливости, не от души; его взгляд не отрывался от гаража Б. История эта зачаровала его, за прошедшие годы такое случалось со многими людьми. Не говоря уже про одну хорошую собаку.

Пока я пил первый стакан ледяного чая, смачивавшего пересохшее горло, как бальзам, с настоящим сахаром, а не искусственными заменителями, мне представилась возможность подумать, оказываю ли я Неду Уилкоксу услугу. И поверит ли он в остальное. Он мог подняться, повернуться и уйти, в полной уверенности, что я насмехаюсь над ним и его горем. Такое могло случиться. Конечно, Хадди, Арки и Фил поддержали бы меня. Как, разумеется, и Ширли. Когда появился "бьюик", она у нас еще не работала, но многое и повидала, и сделала с середины восьмидесятых, когда воцарилась в коммуникационном центре. Но парень все равно мог не поверить. Больно уж фантастической выглядела вся эта история.

Однако отступать было поздно.

- Что случилось с патрульным Рафферти? - спросил Нед.

- Ничего, - ответил Хадди. - Его отвратительная рожа даже не появилась на боковине пакетов с молоком .

Нед в недоумении уставился на него, не зная, шутит Хадди или нет.

- Ничего не случилось, - повторил Хадди, уже более ровно и спокойно. - В этом и коварство исчезновения, сынок. Происшедшее с твоим отцом ужасно, я не буду пытаться убедить тебя в обратном. Но по крайней мере ты все знаешь. Это уже что-то, не так ли? Есть место, куда ты можешь прийти, положить цветы. Или отнести письмо о том', что ты принят в колледж.

- Вы говорите о могиле, - ответил Нед. От тона его голоса мне стало как-то не по себе. - Участке земли, с зарытым на нем ящиком, где лежит что-то, одетое в форму моего отца, но это не мой отец.

- Но ты знаешь, что с ним произошло, - настаивал Хадди. - С Эннисом... - Он развел руки, ладонями вниз, потом перевернул ладонями кверху, как иллюзионист после завершения очередного фокуса.

Арки чуть раньше ушел в дом, возможно, чтобы отлить.

Теперь вернулся, сел.

- Все спокойно? - спросил я.

- Да и нет, сержант. Стефф просила передать, что-с радиосвязью проблемы. Сильные помехи. Ты знаешь, о чем я. И DSS капут. На экране телевизора надпись "НЕТ СИГНАЛА".

Стефф, Стефани Колуччи, племянница Энди Колуччи, работала в коммуникационном центре во вторую смену. DSS, маленькую спутниковую антенну, мы приобрели на собственные деньги, как и тренажеры, которые стояли в углу комнаты отдыха (год или два назад кто-то повесил рядом постер с качками, занимающимися на примерно таких же тренажерах в тюремном дворе Шейбена с надписью: "ОНИ НЕ ПРОПУСКАЮТ НИ ДНЯ").

Арки и я переглянулись, посмотрели на гараж Б. Вероятно, микроволновка на кухне уже не работала. Мы могли остаться без света и телефонной связи, хотя такого давно уже не случалось.

- Мы собрали денег этой старой грымзе, на которой он был женат, - пробурчал Хадди. - По-моему, для взвода Д это большое дело.

- Я думал, мы собирали деньги, чтобы заткнуть ей рот, - вставил Фил.

- Этой рот бы ничто не заткнуло, - покачал головой Хадди. - Если она хотела что-то сказать, ее бы никто не остановил. Это знали все, кто с ней встречался.

- Мы, конечно, собрали ей денег, но она не была его женой, - уточнил я. - Сестрой - да, вроде бы я об этом говорил.

- Женой, - настаивал Хадди. - Они вели себя, как старая супружеская пара, разве что не занимались этим делом, да и то, кто может это утверждать...

- Тебе бы лучше замолчать, - подала голос Ширли.

- Да, пожалуй, - вздохнул Хадди.

- Тони пустил шляпу по кругу, и мы скинулись, кто сколько мог, - объяснил я Неду. - А потом брат Бака Фландерса, он брокер в Питтсбурге, инвестировал для нее эти деньги. Тони решил, что так будет лучше, чем просто отдать ей чек.

Хадди покивал.

- Он собрал нас всех в одном из банкетных залов в "Кантри уэй". Вопрос о Драконше был почти что последним в повестке дня. - Тут Хадди повернулся к Неду. - К этому времени мы уже знали, что Энниса никто не найдет, что Эннис не войдет в полицейский участок где-нибудь в Бейкерсфильде, штат Калифорния, или в Номе, на Аляске, чтобы сказать, что после удара по голове у него отшибло память. Он ушел. Может, в то место, откуда прибыл тот мужчина в черном пальто, может, в другое, но ушел. Ни тела, ни следов борьбы, ни даже одежды не нашли, но мы точно знали, что он ушел. - Хадди невесело рассмеялся. - А эта злобная сука, с которой он жил, просто обезумела.

Конечно, она и без этого была ку-ку...

- Это точно, - поддакнул Арки и взял сандвич с ветчиной и сыром. - Звонила постоянно, три-четыре раза в день, Мэтт Бабицки чуть ли не рвал на себе волосы. Ты должна благодарить Бога, Ширли, что она умерла до того, как ты пришла к нам. Эдит Хаймс! Та еще штучка!

- А что, она думала, случилось? - спросил Нед.

- Кто знает? - Я пожал плечами. - Может, считала, что мы убили его за карточные долги и закопали в подвале.

- Вы тогда играли в карты на базе? - с ужасом и удивлением спросил Нед. - Мой отец тоже играл?

- Да перестань, - отмахнулся я. - Тони снял бы скальп с каждого, кого поймал за картами в расположении взвода, даже если играли на спички. И я сделал бы то же самое. Это шутка, - Мы не пожарные, парень. - В голосе Хадди слышалось столько презрения, что я рассмеялся. Потом он вернулся к теме:

- Старуха считала, что мы причастны к смерти Энниса, потому что ненавидела нас. Она ненавидела любого, кто мешал Эннису постоянно находиться рядом с ней. Или ненависть - слишком сильное слово, сержант?

- Нет.

Хадди вновь повернулся к Неду.

- Мы забирали его время и силы. Но, думаю, лучшей частью жизни Энниса все же была та, которую он проводил с нами, то ли на базе, то ли в патрульной машине. Она это знала, вот и ненавидела нас... "Работа, работа, работа, - говорила она. - Это все, что его интересует, чертова работа". Так что, с ее точки зрения, мы должны были забрать его жизнь. Потому что забрали все остальное.

На лице Неда отражалось недоумение. Возможно, потому, что ненависти к работе отца в его доме никто не питал.

Во всяком случае, он такого не видел. Ширли мягко положила руку ему на колено.

- Она должна была кого-то ненавидеть, понимаешь?

Должна была кого-то винить.

- Эдит звонила, - продолжил я, - Эдит доставала нас, Эдит писала письма своему конгрессмену и генеральному прокурору штата, требуя провести полномасштабное расследование. Я думаю, Тони все это знал, но через несколько дней, на том совещании, все равно предложил позаботиться о ней. Если мы не позаботимся, то кто, спросил он.

Эннис не оставил много денег, поэтому без нашей помощи ее ждала нищета. Эннис застраховал свою жизнь и ему полагалась пенсия, тогда где-то восемьдесят процентов от жалованья, но она еще очень долгое время не могла получить ни цента. Потому что...

- ..он исчез, - договорил за меня Нед.

- Правильно. Вот мы и собрали деньги Драконше.

Порядка двух тысяч долларов, помогли патрульные Лоренса, Бивера и Мерсера. Брат Бака Фландерса вложил эти деньги в акции компьютерных фирм, тогда они только появились на бирже, и в итоге она получила кругленькую сумму.

Что же касается Энниса, то по подразделениям дорожной полиции Западной Калифорнии поползли слухи, что он удрал в Мексику. И очень скоро слух этот воспринимали, как святое писание: Эннис удрал от своей сестры, прежде чем она успела дорезать его своим языком-ножом. Даже кто знал, что случилось, или мог знать, начали говорить то же самое, даже кто сидел в банкетном зале "Кантри уэй" и собственными ушами слышал слова Тони Скундиста, что, по его твердому убеждению, "бьюик", стоящий в гараже Б, имеет непосредственное отношение к исчезновению Энниса Рафферти.

- Он разве что не сказал, что этот "бьюик" - телепортационная кабина для переноса на планету X, - ввернул Хадди.

- В тот вечер сержант говорил очень убедительно. - Как обычно, голос Арки ни на йоту не отличался от голоса Лоренса Уэлка, и мне пришлось поднять руку, чтобы скрыть улыбку.

- Как я понимаю, в письме конгрессмену она не упомянула о том, что у вас образовался филиал "Сумеречной зоны"? - спросил Нед.

- Каким образом? - удивился я. - Она же ничего не знала. Именно для этого сержант Скундист и собрал то совещание. Чтобы напомнить нам, что рот надо держать на замке, а болтовня...

- Что это? - Нед привстал со скамьи. Я мог бы и не смотреть, и так знал, что он видит, но все-таки посмотрел.

Как и Ширли, Арки и Хадди. Нельзя на это не смотреть, зрелище так и притягивает взгляд. Никто из нас не мочился и не выл, как бедный Мистер Диллон, но как минимум в двух случаях я кричал. Да, да. Кричал во весь голос. А потом мне снились кошмары.

Гроза смещалась к югу от нас. Природная гроза, но не другая. Та, что разразилась в гараже Б. Со скамьи для курильщиков мы видели яркие вспышки, освещавшие окна изнутри. Те самые окна на воротах. Чернильно-черные, они вдруг становились ослепительно белыми. И с каждой вспышкой, я знал, радио в коммуникационном центре накрывала волна помех. И на микроволновке часы уже не показывали время, а высвечивали слово "ERROR".

Но в принципе "гроза" разразилась не такая уж и сильная. После вспышек перед глазами плавали зеленые квадраты, но зрение сохранялась. А вот в самом начале, когда вспышки только заполыхали в гараже Б, смотреть на них было невозможно. Они будто выжигали глаза.

- Святой Боже, - прошептал Нед. На лице отразилось изумление.

Нет, изумление - это мягко сказано. Увиденное потрясло его. Но чуть позже, когда он начал приходить в себя, я увидел тот же зачарованный взгляд, каким взирал на "бьюик", да и на гараж Б, его отец. Или Тони. Хадди.

Мэтт Бабицки и Фил Кандлтон. Да разве я сам смотрел по-другому? Наверное, это обычное дело при столкновении с совершенно неведомым.., когда мы заглядываем туда, где заканчивается привычный нам мир и начинается истинная тьма.

Нед повернулся ко мне:

- Сэнди, Господи Иисусе, что это? Что?

- Если тебе нужен термин, считай, что это светотрясение. Довольно-таки слабое. В наши дни оно "всегда такое.

Хочешь взглянуть поближе?

Он не стал спрашивать, не опасно ли сейчас подходить к гаражу, не разлетятся ли окна дождем осколков, не выйдет ли из строя фабрика спермы между ног. Ответил коротко: "Да-а-а!" И меня это не удивило. ()

Мы направились к гаражу Б. Нед и я - впереди, остальные - следом. Неравномерные вспышки резко выделялись. на фоне уходящего дня, но вообще-то глаз регистрировал их и при ярком солнечном свете. И когда мы впервые удостоились этого зрелища (примерно, когда едва не взорвалась атомная станция на Три-Майл Айленде) , "бьюик роудмастер" одной из своих вспышек практически затмил солнце.

- Нам нужны темные очки? - спросил Нед, когда мы подходили к воротам гаража. Я слышал доносящееся изнутри гудение, то самое, на которое обратил внимание отец Неда, когда сидел за большущим рулевым колесом "бьюика" на автозаправочной станции "Дженни".

- Нет, достаточно прищуриться, - ответил Хадди. - В семьдесят девятом без темных очков ты бы, безусловно, не обошелся.

- Это точно, - поддакнул Арки, когда Нед прижался лбом к одному из окон, прищурился и заглянул в гараж.

Я встал рядом с ним, зачарованный как всегда. Смотрите внимательно, увидите живого крокодила.

"Роудмастер" предстал передо мной во всей красе, брезент, сползший с него, лежал на бетоне со стороны водителя. Я, само собой, видел в нем object d'art (Object d'art - произведение искусства (фр.).), большой старый автомобильный динозавр с округлыми линиями, здоровенными колесами, ухмыляющейся радиаторной решеткой. Добро пожаловать, дамы и господа! Добро пожаловать на вечернее представление. На сцене "бьюик 8".

Не обычный, конечно, "бьюик", так что попрошу сохранять дистанцию. Это произведение искусства может и кусануть.

Он стоял посреди гаража, неподвижный и мертвый.., неподвижный и мертвый.., а потом кабина осветилась яркой вспышкой. Большое рулевое колесо и зеркало заднего обзора с удивительной четкостью вырвало из темноты, совсем как некие объекты на горизонте, подсвеченные при артобстреле, Нед ахнул и рукой прикрыл лицо.

Вспышки продолжились, бесшумные, отбрасывающие тени на бетонный пол и стену, где еще висели какие-то инструменты. Гудение слышалось очень отчетливо. Я нацелился взглядом на круглый термометр, свешивающийся с потолочной балки над капотом "бьюика", и при следующей вспышке без труда узнал температуру воздуха в гараже: пятьдесят четыре градуса по Фаренгейту. Низковато, но не очень: тревожиться следовало, когда температура падала ниже пятидесяти градусов , а вот пятьдесят четыре считалось у нас еще не самым плохим вариантом. Однако все же не следовало искушать судьбу. За годы, проведенные рядом с "бьюиком", мы, конечно, установили кое-какие закономерности, но прекрасно понимали, что нельзя принимать их за аксиомы.

В очередной раз кабина "бьюика" полыхнула белым светом, потом больше минуты в гараже царила темнота.

Нед застыл как изваяние. Не знаю, дышал ли он эту минуту.

- Это все? - наконец спросил он.

- Подождем, - ответил я.

Мы прождали еще две минуты, новых вспышек не было, я уже открыл рот, чтобы сказать,

5



система комментирования CACKLE
Все представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования их в коммерческих целях свяжитесь с правообладателями.