Электронная библиотека книг Стивена Кинга

Обложка книги Стивена Кинга -  Песнь Сюзанны
Песнь Сюзанны

15Стивен Кинг 4

    Дома такого типа агенты по продаже недвижимости называют ранчо. Это Эдди не удивило. Удивило другое: каким маленьким оказался дом. Ему пришлось напомнить себе, что не каждый писатель – богатый писатель, тем более, когда речь идет о писателе молодом. Да, конечно, второй его роман пользовался успехом у библиоманьяков, но Эдди сомневался, что Кинг хоть раз получил за этот

     ()

    роман проценты от стоимости дополнительных тиражей. Или роялти, как их называли.

    Однако, на подъездной дорожке стоял новенький «джип чероки» с затейливой аппликацией на борту, и сие указывало на то, что Стивен Кинг не живет впроголодь, писательство худо– бедно его кормит. Середину двора занимала деревянная песочница, вокруг валялись пластмассовые игрушки. От одного взгляда на них у Эдди упало сердце. Калья преподала ему наглядный урок: дети все усложняют. А здесь жили, судя по игрушкам, маленькие дети. И вдруг к ним заваливаются двое мужчин с револьверами крупного калибра. Мужчины, которые, в этот конкретный момент, определенно не в себе.

    Эдди заглушил двигатель «форда». Каркнула ворона. Гул мотора катера, который они слышали раньше, стал громче. За домом лучи яркого солнца отражались от синей воды. И голоса пели: «Кам, кам, кам– кам– каммала».

    Послышался щелчок: Роланд открыл дверцу, потом вылез из кабины, неловко, чуть поморщившись: больное бедро, сухой скрут. Эдди последовал его примеру и почувствовал, что ноги онемели, превратились в две палки.

    – Тэбби? Это ты?

    Голос донесся с правой стороны дома. А потом из– за угла, опережая голос и его обладателя, появилась тень. Никогда раньше увиденная тень не наполняла Эдди таким ужасом и трепетом. Он подумал, с абсолютной уверенностью: «Вот идет мой создатель. Вот ион, ага, ты говоришь правильно». А голоса пели: «Каммала– кам– бя, тот, кто создал тебя».

    – Ты что– нибудь забыла, дорогая?– последнее слово растянулось, до– о– о– рогая, так же растягивал слова Джон Каллем, и из– за дома появился обладатель голоса. Увидел их и остановился. Увидел Роланда и остановился. Поющие голоса, звучавшие в нем, смолкли. Гул мотора катера тоже вроде бы смолк. На мгновение весь мир замер. А потом мужчина повернулся и побежал. Но до этого Эдди успел заметить, как изменилось лицо мужчины: он узнал Роланда, понял, кто пожаловал к нему в гости.

    Роланд бросился за ним с быстротой молнии, как кот за птичкой. 5

    Но сэй Кинг был мужчиной, а не птичкой. Летать он не мог, а бежать, по существу, было некуда. Круглый

    

    

    

    бетонный блок, то ли колодец, то ли заглушка откачивающего устройства, торчал на зеленой лужайке, которая сбегала по пологому склону к крошечной полоске песчаного пляжа, где тоже валялись игрушки. А потом начиналось озеро. Мужчина добежал до воды, ступил в нее, потом повернулся, да так неуклюже, что едва не упал.

    Роланд успел остановиться на песке. Он и Стивен Кинг смерили друг друга взглядами. Эдди держался футах в десяти позади Роланда, наблюдая за ними обоими. Пение возобновилось, вернулся и гул мощного мотора катера. Возможно, они и не пропадали, но Эдди верил в обратное.

    Мужчина, стоящий в воде, закрыл глаза, как ребенок.

    – Тебя здесь нет, – вырвалось у него.

    – Я есть, сэй,– голос Роланда звучал мягко, его переполняло благоговение.– Убери руки от глаз, Стивен из Бриджтона. Опусти руки и рассмотри меня очень хорошо.

    – Может, у меня нервный срыв, – сказал мужчина в воде и медленно опустил руки. Он был в очках с толстыми линзами и строгой черной оправой. Одну дужку скрепляла изоляционная лента. Эдди отметил, что волосы у Кинга черные или темно– каштановые, борода точно черная, ив ней и на висках уже появились первые проблески седины. Компанию его джинсам составляла футболка с надписями на груди «РАМОНЫ», «РАКЕТА В РОССИЮ» и «ГАББА– ГАББА– ЭЙ»3. Чувствовалось, что он уже начинает набирать жирок среднего возраста, но еще не растолстел. Ростом и бледно– пепельным лицом он не отличался от Роланда. Собственно, Эдди и не удивился, увидев, что Стивен Кинг похож на Роланда. Учитывая разницу в возрасте, на близнецов они, конечно, не тянули, но отец и сын? Да. Легко.

    Роланд трижды постучал по шее под кадыком, потом покачал головой. Этого определенно не хватало, чтобы засвидетельствовать свое почтение. И Эдди, с изумлением и ужасом наблюдал, как стрелок опускается на колени среди ярких пластиковых игрушек и прикладывает руку ко лбу.

    – Хайл, словоплет. К тебе идут Роланд из Гилеада и Эдди Дин из Нью– Йорка. Откроешься ты нам, как мы открываемся тебе?

    Кинг рассмеялся. Эдди смех этот просто шокировал, учитывая значимость слов, только что произнесенных Роландом.

    3

     «Рамоны (The Ramones)” – известная американская рок– группа, «Ракета в Россию» и «Габба– Габба– Эй» – две ее песни

    

    – Я… слушайте, такого просто не может быть, – а потом добавил, уже для себя. – Или может?

    Роланд, оставаясь на коленях, продолжил, словно мужчина, стоящий в воде, не смеялся и не произносил ни слова.

    – Ты видишь нас, какими мы есть, и знаешь, что мы делаем?

    – Вы, должно быть, стрелки, если вы настоящие, – Кинг всматривался в Роланда сквозь толстые линзы очков.– Стрелки, ищущие Темную Башню.

    «Точно,– подумал Эдди, пение добрало громкости, отблески солнца на синей воде слепили глаза.– В самую десятку».

    – Ты говоришь правильно, сэй Кинг. Нам нужна помощь и поддержка, Стивен из Бриджтона. Ты окажешь ее нам?

    – Мистер, я не знаю, кто ваш друг, но, что касается вас… я же сам вас и придумал. Вы не можете стоять передо мной, потому что есть одно– единственное место, где вы существуете. Здесь,– и он стукнул кулаком себе по лбу, совсем как Роланд. Потом указал на дом. Тот, что риэлторы называют ранчо.– И там. Полагаю, там вы тоже есть. В ящике стола, а может, в коробке в гараже. Вы – незаконченное произведение. Я не думал о вас уже… уже…

    Голос ослабел. Кинг начал покачиваться из стороны в сторону, как человек, который слышит очень тихую, но приятную музыку, потом его колени подогнулись. Он упал.

    – Роланд!– закричал Эдди, рванувшись вперед.– У него же гребаный инфаркт! – хотя знал (во всяком случае, надеялся), что это не так. Потому что пение оставалось таким же сильным, как и прежде. А лица в деревьях и тени такими же четкими. Стрелок наклонился и подхватил Кинга (тот уже начал подавать признаки жизни) под руки.

    – Он только лишился чувств. И кто может его в этом винить? Помоги отнести его в дом. 6

( )

    Из большой спальни открывался великолепный вид на озеро, на полу лежал отвратительный пурпурный ковер. Эдди сидел на кровати и через открытую дверь ванной наблюдал, как Кинг снимает мокрые кроссовки, джинсы и футболку. На мгновение шагнул в зазор между дверью и выложенной кафелем стеной, чтобы поменять мокрые трусы на сухие. Он не возражал против того, что Эдди пошел с ним в спальню. И вообще, придя в себя, отключился он секунд на тридцать, не больше, демонстрировал прямо– таки невероятное спокойствие. Выйдя из ванной, он направился к комоду.

    – Это чья– то шутка?– спросил он, роясь в ящиках в поисках сухих джинсов и футболки. Для Эдди дом указывал на то, что Кинг зарабатывал неплохие деньги. По одежде он такого сказать не мог.– Фантазии Мака Маккатчена и Флойда Колдервуда?

    – Я не знаю этих людей, и это не шутка.

    – Может, и нет, но этот человек не может быть настоящим,– Кинг надел джинсы. Говорил он очень уверенно. – Я хочу сказать, что сам его и придумал. Эдди кивнул.

    – Это я уже понял. И тем, не менее, он настоящий. Я сопровождаю его уже…– как долго? Эдди не знал,– …давно,– закончил он фразу.– Вы писали о нем, но не обо мне?

    – Вы чувствуете себя лишним? Эдди рассмеялся, но, по правде говоря, он действительно чувствовал себя лишним. Может, Кинг еще просто не добрался до него. Если дело в этом, то он не мог полагать себя в безопасности, не так ли?

    – Непохоже, что у меня нервный срыв,– продолжил Кинг.– Но человек, наверное, обычно и не понимает, что у него поехала крыша.

    – Нет у вас никакого нервного срыва, ноя вам, тем не менее, сочувствую, сэй. Этот человек…

    – Роланд. Роланд из… Гилеада?

    – Вы говорите правильно.

    – Я не помню, написал я про Гилеад или нет,– Кинг задумался.– Нужно проверить страницы, если только я найду рукопись. Но название хорошее. Прямо как в «Нет бальзама в Гилеаде»4.

    – Что– то я вас не понимаю.

    – Все нормально, я тоже, Кинг взял с комода пачку сигарет, «Пэлл– Мэлл», закурил.– Закончите то, что вы хотели сказать.

    – Он вытащил меня через дверь между этим миром и его миром. Мне тоже казалось, что у меня поехала крыша,– Эдди «извлекли» не из этого мира, близкого, но другого, и он тогда сидел на героиновой игле, и сидел крепко, но не стоило запутывать и без того сложную ситуацию такими     «Разве нет бальзама в Галааде (Is there no balm in Gilead)?» – цитата из Библии, Книга пророка Иеремии,

    8:22. Согласно Малому энциклопедическому словарю Брокгауза и Ефрона, Гилеад (Галаад)– название гор, области и города в Палестине)

    

    подробностями. Однако, он не мог не задать еще один вопрос, до того, как они спустились бы вниз к Роланду и начался бы настоящий разговор.

    – Позвольте спросить вас, сэй Кинг… вы знаете, где находится Кооп– Сити?

    Кинг как раз перекладывал ключи и монеты из карманов мокрых джинсов в карманы сухих. Правый глаз он прищурил, чтобы в него не попадал дым сигареты, которая висела в уголке рта. Тут он посмотрел на Эдди, брови приподнялись.

    – Это не проверочный вопрос?

    – Нет.

    – И вы не пристрелите меня из большого револьвера, который висит у вас на бедре, если я ошибусь?

    Эдди чуть улыбнулся, решив, что для бога Кинг – неплохой парень. Потом напомнил себе, что Бог убил его младшую сестру, использовав в качестве орудия убийства пьяного водителя, и его брата Генри. Бог создал Энрико Балазара и сжег Сюзан Дельгадо на костре. Улыбка поблекла. Но он ответил: «Никого здесь не застрелят, сэй».

    – В таком случае, я уверен, что Кооп– Сити находится в Бруклине. Откуда вы родом, если судить по вашему выговору. Итак, я выиграл ярмарочного гуся?

    

    Эдди дернулся, словно в него вонзили иголку.

    – Что?

    – Так, бывало, говорила моя мать. Когда мой брат и я быстро справлялись с ее поручением, мы слышали от нее: «Мальчики, вы выиграли ярмарочного гуся». Такая у нее была шутка. Так я выиграл приз?

    – Да, – ответил Эдди. – Конечно. Кинг кивнул, затушил окурок.

    – Вы – хороший парень. А вот о вашем приятеле я такого сказать не могу. Никогда не мог. Думаю, это одна из причин, по которым я забросил тот роман.

    Кинг в очередной раз удивил Эдди. Он поднялся с кровати.

    – Забросили роман?

    – Да. «Темную башню», так он назывался. Должен был стать моим «Властелином колец», моим «Горменгастом»5, моим как ни назови. Когда тебе двадцать два, амбиций у тебя, хоть отбавляй. Но потребовалось не так уж много времени, чтобы понять, что это слишком большая задача для моего маленького мозга. Слишком… ну, не знаю…

    5 Gormenghast – «Горменгаст» – знаменитая фэнтазийная трилогия английского писателя Мервина Корено Пика (1911– 1968)

    

    неподъемная. Полагаю, это слово не хуже других. А потом,

    – добавил он, – я потерял конспект романа.

    – Потеряли?

    – Отдает безумием, не так ли? Но писательство – занятие безумцев. Вы знаете, что однажды Эрнест Хемингуэй оставил в поезде сборник коротких рассказов?

    – Правда?

    – Правда. У него не было ни второго экземпляра, ни третьего, ни копирок. Только первый, он и потерялся. Что– то подобное произошло и со мной. Как– то крепко выпив, а может, закинувшись мескалином, я написал схематичный план фантастической саги на пять или десять тысяч страниц. Думаю, конспект получился отличный. И по форме. И по стилистике. А потом я его потерял. Возможно, конспект сдуло с багажника моего мотоцикла, когда я возвращался из какого– нибудь гребаного бара. Никогда раньше такого со мной не случалось. Я всегда бережно отношусь к своей работе, чего не могу сказать об остальном.

    – Понятно,– кивнул Эдди и у него возникло желание спросить: «А не крутились ли поблизости люди в кричащих одеждам, аккурат в те дни, когда ты потерял конспект. Такие люди, что любят ездить на больших автомобилях? «Низкие люди», если давать им общую характеристику. А может, рядом вертелся кто– нибудь с красной отметиной на лбу? Которая выглядела, как кровавый круг? Короче, нет ли у тебя ощущений, что кто– то украл твой конспект? Может, этот кто– то очень не хотел, чтобы ты дописал «Темную Башню» до конца?»

    – Пойдемте на кухню. Нам нужно посовещаться,– Эдди очень бы хотелось знать, а о чем, собственно, им нужно посовещаться. Но в любом случае, тему им следовало найти правильную, потому что это был реальный мир, не допускающий повторов. 7

    Роланд понятия не имел, как снарядить, а потом включить стоящую на столике у плиты кофеварку, но зато нашел на одной из полок старый, помятый кофейник, практически ничем не отличающийся от того, что в стародавние времена вез с собой Ален Джонс, когда трое мальчишек отправились в Меджис считать скот. Плита сэя Кинга работала на электричестве, но даже ребенок

    

    сообразил бы, как включаются горелки. Когда Эдди и Кинг спустились на кухню, вода уже закипала.

    – Я не пью кофе,– Кинг направился к холодильнику, обходя Роланда по широкой дуге. – И обычно я не пью пива до пяти часов, но, пожалуй, сегодня сделаю исключение. Мистер Дин?

    – Кофе меня устроит.

    – Мистер Гилеад?

    – Дискейн, сэй Кинг. Я тоже выпью кофе и говорю, спасибо тебе.

    Писатель открыл банку, дернув за встроенное в крышку кольцо (Роланд решил, что это потрясающе умно, но при этом чистое расточительство). Послышалось шипение, потом кухню наполнил приятный запах

    (каммала– кам– кам)

    дрожжей и хмеля. Кинг в один присест осушил как минимум полбанки, вытер пену с усов, поставил банку рядом с кофеваркой. Бледность с лица не сошла, но он вроде бы уже полностью пришел в себя. Стрелок полагал, что держится писатель очень достойно, во всяком случае, пока. А может, на каком– то глубоком уровне рассудка и сердца Кинг ожидал этого визита? Знал, что они придут?

    – У вас жена и дети, – нарушил молчание Роланд. – Где они?

    – Родители Тэбби живут на севере, около Бангора. Моя дочь последнюю неделю была у бабушки с дедушкой. Тэбби взяла нашего младшего, Оуэна, он еще младенец, и уехала к ним час тому назад. Я должен забрать моего второго сына, Джо, через…– он взглянул на часы…– примерно через час. Хотел поработать, поэтому на этот раз мы решили поехать на двух автомобилях.

    Роланд обдумал его слова. Похоже на правду. Кинг, несомненно, говорил им, если с ним что– нибудь случится, его скоро хватятся.

    – Я не могу поверить, что все это происходит на самом деле. Надеюсь, я вас не рассердил? В любом случае, видеть, как оживает написанная тобой история, это сильное потрясение.

    – Например, «Салемс– Лот», – предположил Эдди. Кинг приподнял брови.

    – Так вы об этом знаете? Там, откуда вы пришли, есть Литературная гильдия?– он допил пиво. Роланд подумал, что Кинг – большой любитель этого напитка.– Пару часов тому назад на той стороне озера выли сирены, там же поднимался столб черного дыма. Я видел его из моего кабинета. Тогда подумал, что горит трава, в Харрисоне

    

    или Стоунэме, но теперь засомневался. Без вас не обошлось? Не обошлось, не так ли?

    – Он об этом пишет, Роланд,– вставил Эдди.– Или писал. Говорит, что перестал. Но называлось его сочинение «Темная Башня». Так что он знает.

    Кинг улыбнулся, но Роланд подумал, что хозяин дома впервые по– настоящему испугался. Если не считать момента встречи, когда он вышел из– за угла и увидел их. Свое творение.

    «Так мне следует себя называть? Его творением?»

    С одной стороны, да, с другой, вроде бы нет. От этих мыслей у Роланда разболелась голова, к горлу вновь подкатила тошнота.

    – Он знает,– повторил Кинг.– Мне это не нравится, парни. Когда в истории кто– то говорит: «Он знает», следующей обычно стоит фраза: «Мы должны его убить».

    – Поверь мне, когда я это говорю, – по голосу Роланда чувствовалось, что он придает большое значение своим словам. – Убить тебя – самое последнее, что может прийти нам в голову, сэй Кинг. Твои враги – наши враги, а те, кто помогают тебе на твоем пути, наши друзья.

    – Аминь, – подвел черту Эдди.

    Кинг открыл холодильник, достал новую банку пива. Роланд заметил, что банок там полным полно, больше, чем чего– то еще. Он стояли на полках, как шеренги солдат.

    – В таком случае зовите меня Стив. 8

    – Расскажи нам историю, в которой есть я, – попросил Роланд.

    Кинг прислонился к столику у плиты, и солнечный луч упал ему на макушку. Он глотнул пива и задумался над вопросом Роланда. И вот тут Эдди увидел это в первый раз, очень смутно, возможно, благодаря контрасту с солнечным лучом. Дымчатый, черный ореол, который окружал писателя. Тусклый. Едва заметный. Но он был. Как чернота, которая пряталась за всем, что они видели, когда попадали куда– либо посредством Прыжка. Неужто та же чернота? Эдди так не думал.

    Ореол едва просматривался. Но он был.

    – Вы знаете,– начал Кинг,– истории я рассказываю плохо. Звучит, как парадокс, но это так. В этом причина того, что я предпочитаю их записывать. «Он говорит, как Роланд?» – задался вопросом Эдди. Этого он сказать не мог. Гораздо позже до него дошло, что Кинг говорил, как они все, даже Роза Мунос, домоправительница отца Каллагэна в Калье.

    Внезапно писатель просиял.

    – Вот что я вам скажу. А почему бы мне не поискать рукопись? У меня четыре или пять коробок с историями, которые я забраковал. «Темная Башня» наверняка в одной из них,– забраковал. Бракованные истории. Слова не имели для Эдди ровно никакого значения.– Вы сможете почитать ее, пока я съезжу за своим маленьким мальчиком,

    – он улыбнулся, продемонстрировав большие, неровные зубы.– А когда я вернусь, вы, возможно, уйдете, ия даже сумею убедить себя, что вас не было вовсе.

    Эдди посмотрел на Роланда, тот чуть качнул головой. На плите закипел кофейник.

    – Сэй Кинг… – Эдди повернулся к писателю.

    – Стив.

    – Хорошо, Стив. Мы должны заняться нашим делом немедленно. Даже если отбросить вопрос о доверии, мы очень торопимся.

    – Конечно, конечно, понятное дело, бежите наперегонки со временем,– Кинг рассмеялся. Очаровательно– добродушно. Эдди заподозрил, что пиво начало действовать, и задался вопрос, а не алкоголик ли писатель? С уверенностью утверждать он не мог, слишком недавно они познакомились, на некоторые признаки Эдди отмечал. Запас знаний по английскому языку и литературе он вынес из школы небольшой, но хорошо помнил, как кто– то из учителей сказал, что многие писатели большие любители выпить. Хемингуэй, Фолкнер, Фицджеральд, автор «Ворона»6. Да, писателю любили выпить.

    – Я не смеюсь над вами, парни,– продолжил Кинг.– Моя религия запрещает смеяться над вооруженными людьми. Просто в одной из книг, которую я пишу, люди постоянно бегут наперегонки со временем7. Так вы хотите услышать первое предложение «Темной Башни»?

    – Конечно, если вы его помните, – ответил Эдди.

    Роланд ничего не сказал, но его глаза ярко блеснули под бровями, которые уже тронула седина.

    – Естественно, я ее помню. Это, возможно, лучшее первое предложение, написанное мной,– Кинг отставил банку, вскинул руки, выставил прижатые другу к другу указательный и средний пальцы, чуть их согнул, изображая

    6

     «Ворон» – стихотворение Эдгара По.

    7

    Роман «Лангольеры», опубликованный в нашей реальности в 1990 г. в сборнике «Четыре после полуночи».

    

    кавычки цитаты.– «Человек в черном пытался укрыться в пустыне, а стрелок преследовал его». Остальное где– то и подзабывалось, но первое предложение впечаталось в память,– он опустил руки, взялся за банку.– В сорок третий раз спрашиваю, это происходит наяву?

    – Человека в черном звали Уолтер? – спросил Роланд.

    Кинг не донес банку до рта, плесканул пивом на грудь, обмочив чистую футболку. Роланд кивнул, словно получил требуемый ему ответ. ()

    – Только не падайте снова в обморок,– предостерег Эдди, в голосе прозвучали резкие нотки.– Одного раза достаточно, чтобы произвести на меня впечатление.

    Кинг кивнул, глотнул пива, похоже, взял себя в руки. Посмотрел на часы.

    – Господа, вы действительно позволите мне забрать моего сына?

    – Да, – кивнул Роланд.

    – Вы... – Кинг попытался что– то вспомнить, потом улыбнулся. – Вы обещаете это по праву и по крови?

    – Я обещаю, – ответил Роланд без тени улыбки.

    – Хорошо, тогда слушайте «Темную Башню», сжатый вариант для «Избранных романов «Ридерз дайджест»8. Помните, рассказывать вслух, а не на бумаге – это не мое. Но я постараюсь. 9

    Роланд слушал с таким вниманием, словно от рассказа Кинга зависела судьба миров. Впрочем, онв этомине сомневался. Кинг начал свою версию жизни Роланда с кострищ, что порадовало Роланда, потому что кострища эти подтверждали человеческую сущность Уолтера. А потом вернулся к встрече с патлатым поселенцем на краю пустыни. Брауном, так его звали.

    «Доброй жатвы твоим посевам,– услышал Роланд эхо давно прошедших лет.– Добрым и твоим». Он забыл и Брауна, и его ручного ворона Золтана, но этот незнакомец

    – нет.

    – Что мне нравилось,– продолжил Кинг,– так это обратный ход повествования. Как чисто технический прием построения сюжета, это очень интересно. В самом начале

    8

     «Избранные романы «Ридерз дайджест» – приложение к журналу «Ридерз дайджест». В каждом томе в 600 страниц умещаются по четыре адаптированных романа, каждый из которых «ужимается» наполовину, а то и на две трети.

    

    вы в пустыне. Потом возвращаетесь чуть назад, на край этой самой пустыни, где встречаетесь с Брауном и Золтаном. Между прочим, ворона я назвал Золтаном в честь одного моего знакомого из университета Мэна, который пел, аккомпанируя себе на гитаре. Из хижины поселенца еще шажок назад, ваш приход в город Талл... названный в честь рок– группы...

    – «Джетро Талл»9, – вставил Эдди.– Черт побери, ну, конечно! Я знал, что название мне знакомо. А как насчет «Зи.Зи. Топ», Стив? Вы их тоже знаете?– Эдди увидел написанное на лице Кинга недоумение и улыбнулся.– Наверное, их время еще не пришло. А если они уже и выступают, вы о них еще не слышали.

    Роланд вертанул пальцами: «Продолжай, продолжай». И бросил на Эдди взгляд, предлагающий более не встревать.

    – Так или иначе, после прихода Роланда в Талл, история опять уходит в прошлое, и читатель узнает о том, как Норт, любитель пожевать травку, умер, но потом ожил

    подробности, которым Кинг придавал столь большое значение; ведь говорили они, в конце концов, о его жизни, его жизни, и для него все двигалось вперед. Во всяком случае, до того момента, как он добрался до Западного моря и дверей, через которые «извлек» своих попутчиков.

    Но Стивен Кинг, похоже, ничего о дверях не знал. Он написал о дорожной станции, о встрече Роланда с Джейком Чеймберзом. Он написал об их путешествии к горам и через них; он написал, как человек, которому доверился, которого полюбил Джейк, предал его.

    Кинг обратил внимание, что эту часть рассказа Роланд просидел с опущенной головой, и с неожиданной мягкостью сказал: «Вам нет нужды стыдиться, мистер Дискейн. В конце концов, я заставил вас это сделать».

    Но вновь Роланд задался вопросом, а так ли это?

    Кинг написал о разговоре Роланда с Уолтером на голгофе, среди скопища истлевающих черепов, о гадании на картах Таро, о жутком видении Роланда, которое пробило крышу мироздания. Он написал о том, как Роланд проснулся после ночи предсказания судеб и обнаружил, что постарел на десять лет, а Уолтер превратился в скелет. А в самом

    «Джетро Талл (Jethro Tull)» – английская рок– группа из г. Лутон,

    созданная в 1967 г. В конце 1970– х находилась на пике популярности.

    

    конце Кинг написал Роланда, пришедшего на берег моря и сидящего у самой кромки воды. «Вы сказали: «Я любил тебя, Джейк».

    Роланд буднично кивнул.

    – Я и теперь его люблю.

    – Вы так говорите, будто он действительно существует. Роланд пристально посмотрел на него.

    – Я существую? Ты? Кинг промолчал.

    – Что произошло потом? – спросил Эдди?

    – Потом, senor10, я иссяк... или, если вам это больше понравится, испугался и остановился.

    Эдди тоже хотелось остановиться. Он видел, как тени в кухне начали удлиняться, и понимал, что пора отправляться к Сюзанне, а не то будет поздно. Он думал, что и он, и Роланд уже поняли, как выбраться из этого мира, и подозревал, что Кинг сам может направить их к Тэтлбек– Лейн, в Лоувелл, где стенка реальности истончилась и, как, по крайней мере, утверждал Джон Каллем, в последнее время частенько появлялись приходящие. И Кинг с радостью указал бы им путь. Порадовался бы тому, что наконец– то избавился от них. Но пока уходить они не могли, и Эдди, несмотря на все его нетерпение, прекрасно это понимал.

    – Вы остановились, потому что потеряли свой пектконс,

    – уточнил Роланд.

    – Конспект. Нет, не из– за этого, – Кинг отправился за третьей банком, и Эдди решил, что появление у Кинга животика не должно удивлять; если перевести пиво в калории, он уже съел буханку хлеба и принимался за вторую.– Я обычно не работаю по конспекту. Фактически... только не ставьте мне это в укор, я написал его впервые. И только потому, что сага получалась очень уж большая. И странная. Да и вы стали проблемой, сэр, или сэй, или как вы там себя называете,

    – Кинг поморщился.– Уж не знаю, какая принята у вас форма обращения, я ее не придумал.

    – Пока не придумали, – уточнил Роланд.

    – Поначалу я видел вас, как Человека без имени Сержио Леоне11.

    – Спагетти– вестерны,– осенило Эдди.– Господи, ну конечно! Я их столько пересмотрел в «Маджестике» с Генри, когда он был дома. А когда его отправили во

    10

     Senor – сеньор (исп.)11 Человек без имени – главный

    герой трех фильмов С.Леоне: «За пригоршню долларов»,

    «За несколько лишних долларов», «Хороший, плохой, злой»,

     сыгранный Клинтом Иствудом

    

    Вьетнам, ходил в кино сам или с моим приятелем, Чагги Коутером. Это мужские фильмы.

    Кинг улыбался.

    – Да, но моей жене они тоже нравились, хотя она не мужчина.

    – Она у вас молодец! – воскликнул Эдди.

    – Да, Тэбби молодец,– Кинг повернулся к Роланду.– Как Человек без имени, фэнтазийный вариант Клинта Иствуда, вы смотрелись неплохо. И работа с вами забавляла меня.

    – Таким ты поначалу меня видел?

    – Да. Но потом вы изменились. Прямо под моей рукой. Так вышло, что я уже не мог сказать, герой вы, антигерой или вообще не герой. И когда вы позволили мальчику упасть в пропасть, это был кульминационный момент.

    – Вы же сказали, что заставили меня это сделать.

    Глядя Роланду прямо в глаза, голубое встретилось с голубым среди безграничного хора голосов, Кинг ответил: «Я солгал, братец». 10

    Последовала пауза, все, похоже, обдумывали последнюю реплику писателя. Потом Кинг продолжил.

    – Вы начали меня пугать, вот я и перестал о вас писать. Положил рукопись в папку, а папку запихнул в ящик. Переключился на рассказы, которые продавал различным журналам для мужчин,– он помолчал, кивнул.– Жизнь для меня переменилась, после того, как я отложил вас в сторону, и переменилась к лучшему. Мои произведения начали продаваться. Я предложил Тэбби выйти за меня замуж. А вскоре я взялся за книгу под названием «Кэрри». Это был не первый написанный мной роман, но первый, который мне удалось продать, и благодаря этому я крепко встал на ноги. И все это произошло после того, как я сказал: «Прощай, Роланд, долгого тебе и счастливого пути». А что происходит теперь? Как– то раз, ясным днем, шесть или семь лет спустя, я обхожу угол своего дома и вижу вас, стоящего на моей гребаной подъездной дорожке. И вот что я могу подумать по этому поводу. Самый оптимистичный для меня вывод: вы – галлюцинация, вызванная перенапряжением. Но я в это не верю. Как я могу?– Кинг заговорил громче, резче. Эдди понял, что причина – не страх, а ярость. – Какя могув это поверить, если вижу тени, которые вы отбрасываете,

    

    

     15



система комментирования CACKLE
Все представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования их в коммерческих целях свяжитесь с правообладателями.