Электронная библиотека книг Стивена Кинга

Страницы:1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ...13 В конец »»

Обложка книги Стивена Кинга -  Долгая прогулка
Долгая прогулка

Описание Книги

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

СТАРТ "Вселенная для меня лишена и жизни, и воли, и целесообразности - это всего лишь громадная, мертвая, неизмеримая паровая машина, раздавливающая меня сустав за суставом. О гигантская мрачная Голгофа, Мельница Смерти! Почему смертный обречен идти туда один, без спутников? Почему, если не по воле Дьявола - или Дьявол является Богом?"

Томас Карлейль

"Я призываю всех американцев как можно больше ходить пешком. Это не только полезно для здоровья; это весело".

Джон Ф.Кеннеди

"Насос не работает - вандалы оторвали рукоятку".

Боб Дилан

Глава 1

"Отгадай слова, и выиграешь тысячу долларов! Джордж, так кто же наши первые участники? Джордж?.. Джордж, ты где?.."

Гручо Маркес

Старый голубой "форд", заехавший тем утром на охраняемую автостоянку, был похож на запыхавшуюся от быстрого бега собачонку. Один из охранников, молодой солдат с безучастным выражением лица, попросил показать удостоверение, и парень на заднем сиденье протянул синюю пластиковую карточку матери. Та передала ее охраннику, который сунул карточку в компьютер, выглядевший довольно странно в этом захолустье. Компьютер заглотил карточку, и на его экране высветилось:

ГЭРРЕТИ РЭЙМОНД ДЭВИС

РД 1 ПАУНЭЛ МЭН

ГРАФСТВО АНДРОСКОГГИН

НОМЕР УДОСТОВЕРЕНИЯ 49-801-89

ВЕРНО ВЕРНО ВЕРНО

Охранник нажал кнопку, и все исчезло. Экран засветился ровным зеленоватым светом. Он махнул рукой, чтобы они проезжали.

- А они не отдадут карточку? - спросила миссис Гэррети.

- Нет, ма, - терпеливо ответил Гэррети.

- Мне это не нравится, - заметила она, выезжая на свободное место. Она говорила это с тех пор, как они встали в два часа ночи. Вернее, стонала. - Не беспокойся, - сказал он в который раз, сам себя не слыша.

Он был слишком погружен в свои ощущения - смесь возбуждения и страха.

С последним астматическим выдохом мотора он выбрался из машины высокий, стройный парень в поношенной армейской куртке.

Его мать была тоже высокой, но чересчур худой. Грудь у нее почти отсутствовала. Глаза ее безучастно уставились куда-то в одну точку, как у тяжелобольной. Стального оттенка волосы косо сбились под тяжестью клипс, а платье висело, как на вешалке, - она словно разом потеряла солидную часть веса.

- Рэй, - проговорила она заговорщическим шепотом, от которого он вздрогнул. - Рэй, послушай... Он мотнул головой и стал заправлять в штаны выбившуюся рубашку.

Один из охранников ел что-то из консервной банки, одновременно разглядывая комикс. Гэррети смотрел на него и, наверно, в десятитысячный раз думал:

"Все это на самом деле".

Теперь впервые эта мысль находила подтверждение.

- Еще есть время изменить решение... И возбуждение, и страх подпрыгнули еще на одно деление.

- Уже нет, - сказал он. - Отсчет начался со вчерашнего дня.

Тем же заговорщическим шепотом, который он терпеть не мог:

- Они поймут, я уверена. Майор...

- Майор... - при этом слове, повторенном им, мать вздрогнула. - Ты знаешь, что сделает Майор.

Еще одна машина завершила краткий ритуал у ворот и подъехала к ним.

Из нее вышел парень с темными волосами. За ним последовали его родители, и на какое-то мгновение все трое застыли в напряжении, как бейсбольные игроки на поле. У парня, как и у всех остальных, был с собой легкий рюкзак.

Гэррети подумал, найдется ли идиот, который отправился в путь с чем-нибудь другим. - Так ты не хочешь?

Он почувствовал вину. Рей Гэррети в свои шестнадцать уже знал кое-что о чувстве вины. Но она, в свою очередь, знала, что он слишком устал, слишком напуган или слишком далек от ее взрослых страхов, чтобы остановиться, прежде чем заработает громоздкая безжалостная махина государства с ее охранниками в хаки и компьютерными терминалами.

Он положил руку ей на плечо.

- Это мое решение, мама. Я... - он оглянулся. Никто не обращал на них никакого внимания. - Я люблю тебя, но мне придется это сделать, так или иначе.

- Неправда, - всхлипнула она. - Рей, это неправда, если бы твой отец был здесь, он бы помешал...

- Но его же нет? - он спешил остановить ее слезы даже таким жестоким способом... Что если они оттащат ее прочь? Он слышал, что такое случалось.

От одной мысли об этом его пробрала дрожь. Уже мягче он сказал:

- Пускай все идет, как идет. Ладно, мама? - он заставил себя улыбнуться. - Ладно, - ответил он за нее.

Ее подбородок еще дрожал, но она кивнула. Просто было уже слишком поздно, и она тоже это понимала.

По кронам сосен прошелестел легкий ветерок. Небо было безмятежно голубым. Впереди лежала дорога, и каменный столбик на ней обозначал границу между Америкой и Канадой. Внезапно его возбуждение превозмогло страх, и ему захотелось пойти, захотелось увидеть себя на этой дороге.

- Вот, я испекла. Ты ведь можешь их взять? Они не тяжелые, - она протянула ему пакетик с печеньем.

- Спасибо, - он взял пакет и неловко обнял ее, пытаясь этим объятием внушить ей то, что она хотела, - что все кончится хорошо... Хотя он сам в это не верил. Он поцеловал ее в щеку - ее кожа напоминала старый шелк. Вдруг ему самому захотелось плакать. Потом он вспомнил усатое, смеющееся лицо Майора и быстро шагнул назад, засовывая печенье в карман куртки.

- Счастливо, мама.

- Счастливого пути, Рэй. Будь хорошим мальчиком.

Она постояла возле него еще минуту - легкая, почти невесомая, и весенний ветерок, казалось, мог подхватить ее, как пух одуванчика. Потом она села в машину и завела мотор. Гэррети остался стоять. Она помахала ему, и теперь он ясно видел на ее глазах слезы. Он помахал в ответ, стараясь выглядеть бодро; но как только машина отъехала и скрылась за воротами, одиночество и страх снова навалились на него.

Он повернулся к дороге. Темноволосый парень смотрел, как уезжают его родители. На щеке у него розовел шрам. Гэррети поздоровался.

- Привет, - сказал парень.

- Я Рэй Гэррети.

- А я Питер Макфрис.

- Готов?

Макфрис пожал плечами:

- Готов бежать. Это не очень-то хорошо.

Гэррети со знающим видом кивнул.

Они вдвоем пошли к пограничному столбу на дороге. Сзади подъезжали еще машины. Какая-то женщина внезапно начала кричать. Ни Гэррети, ни Макфрис не обернулись. Инстинктивно они сошлись ближе, а перед ними лежала дорога, темная и широкая, как река.

- Днем покрытие будет горячим, - сказал Макфрис. Гэррети опять кивнул.

Макфрис задумчиво посмотрел на него.

- Ты сколько весишь?

- Сто шестьдесят.

- А я сто шестьдесят семь. Говорят, те, кто тяжелее, быстрее устают, но я считаю, что я в хорошей форме.

Гэррети тоже так показалось. Он хотел спросить, кто это сказал, что те, кто тяжелее, устают быстрее, но раздумал. Путь давно оброс легендами и апокрифами, автора которых было не отыскать.

Макфрис присел в тени рядом с несколькими парнями, после минутного колебания Гэррети сел рядом. Макфрис, казалось, забыл о его существовании.

Гэррети посмотрел на часы - пять минут девятого. Старт через пятьдесят пять минут. Нетерпение и тревога нарастали, и, чтобы сопротивляться им, он стал вглядываться в своих будущих попутчиков. Все они сидели, группами и поодиночке; один забрался на нижнюю ветку сосны и ел что-то вроде сэндвича с яйцом, глядя на дорогу. Он был тощим и светловолосым, в красных штанах и зеленом свитере, протершемся на локтях.

Гэррети подумал: интересно, тощим легче идти или они сдадут первыми? Там, где сидели они с Макфрисом, завязался разговор.

- Я не собираюсь спешить, - сказал один парень. - Ну, получу предупреждение, что с того? Это только для порядка. Порядок здесь - ключевое слово, запомните это.

Он оглянулся и заметил Гэррети и Макфриса.

- О, еще ягнята на бойню! Привет, парни. Меня зовут Хэнк Олсон, и ходить - мое хобби, - он сказал это без улыбки.

Гэррети назвал себя; Макфрис пробормотал свое имя еле слышно, не отрывая глаз от дороги.

- Я Арт Бейкер, - сказал еще один тихо, с легким южным акцентом.

Они обменялись рукопожатиями. На минуту повисло молчание, потом Макфрис сказал:

- Страшно немного, правда?

Все кивнули, кроме Хэнка Олсона, который пожал плечами и усмехнулся.

Гэррети смотрел на парня в красных штанах, который доел сэндвич, скатал бумагу в шарик и неловко бросил за плечо. "Этот накроется раньше", - подумал он, и от этой мысли ему почему-то стало легче.

- Видите вон то место возле границы? - спросил Олсон.

Они все взглянули. Ветер играл тенями в разросшейся траве, и Гэррети не мог увидеть ничего определенного.

- Это осталось от прошлогоднего Пути, - с мрачным удовлетворением пояснил Олсон. - Один так испугался, что застыл там ровно в девять. Гэррети представил это и похолодел.

- Не мог двинуться, понимаете? Ему влепили три предупреждения и через две минуты выписали пропуск. Прямо тут, у старта.

А что, если его ноги не смогут сдвинуться с места? Гэррети такого не предполагал, но заранее не мог быть уверен. Эта мысль сводила с ума, и зачем этот Хэнк рассказывает такие жуткие вещи?

Внезапно Арт Бейкер резко привстал.

- Вот он!

Песочного цвета джип подъехал к пограничному столбу и остановился. За ним ползла странная гусеничная машина, похожая на вездеход, по бокам которого торчали тарелочки радаров. Наверху машины сидели двое солдат, и Гэррети при виде их почувствовал холод в желудке. В руках они держали тяжелые армейские карабины.

Некоторые вскочили, но Гэррети остался сидеть. Так же, как Олсон и Бейкер, а Макфрис вообще был так погружен в свои мысли, что, казалось, ничего не замечал. ()

Из джипа вылез Майор - высокий, загорелый мужчина с военной выправкой.

Загар очень подходил к его выгоревшему защитному костюму. На поясе у него была кобура, а на лице - темные очки. Ходили слухи, что глаза Майора не выносят яркого света, и он появляется на людях исключительно в очках.

- Сидите, ребята, - сказал он. - Помните пункт 13.

Этот пункт гласил: "Сохраняй энергию по мере возможности".

Те, кто успел встать, снова сели. Гэррети опять посмотрел на часы и решил, что они немного спешат. Было 8.16, а Майор никогда не опаздывал. Он хотел перевести часы на минуту назад, а потом забыл.

- Не буду произносить речей, - сказал Майор, глядя на них черными пустыми линзами. - Просто поздравляю того из вас, кто победит, и выражаю сожаление проигравшим.

Он отвернулся к джипу. Все молчали. Гэррети глубоко вдохнул свежий весенний воздух. День будет теплым, для ходьбы в самый раз.

Майор опять повернулся к ним. В руках он держал папку.

- Когда я назову вашу фамилию, выйдите, пожалуйста, вперед и возьмите ваш номер. Потом вернитесь на место и стойте, пока я не дам знак начинать. - Вот мы и в армии, - с ухмылкой шепнул Олсон, но Гэррети не обратил внимания. Майором нельзя было не восхищаться. Отец Гэррети, пока его не забрали люди из Эскадрона, часто говорил, что Майор - самый гнусный и опасный монстр, какого нация когда-либо производила. Но он никогда не видел Майора так, лицом к лицу.

- Ааронсон.

Низкорослый крепыш деревенского вида с обожженной солнцем шеей неуклюже шагнул вперед, явно сконфуженный присутствием Майора, и взяла большую пластиковую единицу. Он прикрепил ее к рубашке и получил от Майора поощрительный хлопок по спине.

- Абрахам.

Высокий рыжий парень в джинсах и ковбойке. Куртка у него была по-школьному обвязана вокруг пояса и хлопала по ногам при каждом шаге.

Олсон фыркнул.

- Бейкер Артур.

- Это я, - Бейкер встал с нарочитой медлительностью, что заставило Гэррети понервничать. "Тянет время, - подумал он. - Или строит из себя смельчака".

Бейкер вернулся, прицепляя на ходу номер три к рубашке.

- Он что-нибудь тебе сказал? - спросил Гэррети.

- Он спросил, не жарко ли у нас дома. Да... Майор так спросил.

- Не так жарко, как будет здесь, - хихикнул Олсон.

- Бейкер Джеймс, - продолжил Майор перекличку.

Она продолжалась до 8.40 и прошла успешно. Никто не отказался.

Позади, на стоянке, стали разъезжаться оставшиеся машины - парни из списка запасных уезжали домой, чтобы посмотреть ДЛИННЫЙ ПУТЬ - по телевизору. "Началось, - подумал Гэррети, - в самом деле началось".

Когда пришла его очередь, Майор протянул ему номер 47 и пожелал удачи.

Вблизи от Майора веяло чем-то очень мужским - силой, должно быть, и властью. Гэррети вдруг захотелось потрогать его и убедиться, что он настоящий.

Питер Макфрис получил номер 61, Хэнк Олсон - 70. Он пробыл у Майора дольше остальных. Майор засмеялся чему-то, что сказал Олсон, и хлопнул его по спине.

- Я посоветовал ему приберечь побольше денег для меня, - рассказал он, вернувшись. - А он сказал мне:

"Давай, попробуй их взять". Сказал, что любит таких остряков.

"Возьми их, парень", - так он сказал.

- Ну-ну, - сказал Макфрис, подмигнув Гэррети. Гэррети не мог понять, что он имел в виду. Смеялся над Олсоном?

Тощий парень, который сидел на дереве, оказался Стеббинсом. Он взял свой номер молча, потупив глаза, и тут же вернулся на свое место. Почему-то он заинтересовал Гэррети.

Номер 100 дали здоровенному рыжему парню по фамилии Зак. После этого они все сели и стали ждать.

Потом трое солдат из вездехода принесли им широкие ремни с карманами. ( )

В карманах лежали тюбики с высококалорийными концентратами. Другие солдаты раздали фляжки с водой. Все опоясались ремнями. Олсон нацепил свой на самые бедра, как ковбой, выудил плитку шоколада и захрустел ей.

- Неплохо, - заметил он, ухмыляясь.

Он запил шоколад водой из фляжки, и Гэррети спросил себя: то ли Олсон просто храбрится, то ли он знает о жизни что-то такое, чего не знает он, Гэррети.

Майор оглядел их. Часы Гэррети показывали 8.56 - насколько они все-таки спешат? В животе неприятно урчало.

- Ладно, парни, станьте по десяткам. Не надо строгого порядка.

Становитесь со своими друзьями, если хотите.

Гэррети встал, ощущая нереальность происходящего. Его тело словно перешло к кому-то другому, и он наблюдал все это со стороны. - Вот мы и пошли, - сказал сбоку Макфрис. - Желаю удачи. - И тебе тоже, - ответил удивленный Гэррети.

Макфрис выглядел бледным и озабоченным. Он попытался улыбнуться и не смог. Шрам горел на его лице, как странный восклицательный знак.

Стеббинс встал и подошел к последней десятке. Олсон, Бейкер, Макфрис и Гэррети оказались вместе в третьей. Рот у Гэррети пересох, но он решил пока не пить. Никогда еще он так не беспокоился о своих ногах. Вдруг он застынет на месте и получит свой пропуск прямо на старте? Он подумал о том, когда это случится со Стеббинсом - Стеббинсом, который носил красные штаны и ел сэндвич с яйцом.

Получит ли он пропуск первым? И как это выглядит со стороны?

На его часах было 8.59.

Майор держал в руке сияющий стальной хронометр. Сто взглядов внимательно смотрели, как он медленно поднимает руку. Нависло неописуемое молчание.

Часы Гэррети показывали 9.00, но рука оставалась неподвижной.

Ну, давай же! Почему он медлит? ()

Гэррети едва не закричал.

Потом он вспомнил, что его часы на минуту спешат. Нужно было перевести их, но он забыл.

Рука Майора резко упала.

- Удачи вам всем, - сказал он без выражения. Глаза его все так же прятались за темными очками.

Они пошли, стараясь не спешить.

Гэррети пошел вместе со всеми. Он не застыл на месте, и никто не застыл. Ноги послушно пронесли его мимо пограничного столба рядом с Макфрисом и Олсоном. Звук шагов казался очень громким.

Вот так, вот так, вот так.

Внезапно его охватило острое желание остановиться. Посмотреть, не шутка ли все это. Он быстро прогнал эту безумную мысль.

Они вышли из тени на солнце, теплое весеннее солнце. Это успокоило Гэррети, и он сунул руки в карманы и пристроился к Макфрису. Десятки начали рассыпаться - каждый подбирал собственный ритм и скорость. Мимо протащился вездеход, поднимая пыль. Тарелки радаров деловито вращались, фиксируя скорость каждого участка на компьютере. Низший предел допустимой скорости был что-то около четырех миль в час.

- Предупреждение! - Предупреждение 88-му! Гэррети оглянулся. 88-м был Стеббинс. Конечно, он был уверен, что Стеббинсу выпишут пропуск прямо здесь, у старта.

- Чудесно, - голос Олсона.

- Что? - Гэррети пришлось совершить усилие, чтобы пошевелить языком. - Он получил предупреждение, когда еще не устал и может подумать о том, как себя вести. И он может легко избавиться от этого - пройди час без предупреждения, и с тебя снимут предыдущее. Ты знаешь.

- Знаю, - сказал Гэррети. Это было в правилах. Ты получаешь три предупреждения, а на четвертый раз, когда твоя скорость упадет ниже четырех миль в час, тебя... Ну, ты сходишь с дистанции. Но если ты после трех предупреждений проходишь три часа, то можешь считать себя заново родившимся.

- И он знает, - сказал Олсон. - Так что ровно в 10.20 он будет оправдан.

Гэррети чувствовал себя прекрасно. Пограничный столб исчез из виду, когда они перевалили холм и начали спуск в длинную, поросшую соснами долину. Там и тут виднелись аккуратные поля со свежевскопанной землей.

- Картошка, что ли? - спросил Макфрис.

- Лучшая в мире, - автоматически ответил Гэррети.

- Ты из Мэна? - поинтересовался Бейкер.

- Да, только с побережья.

Он посмотрел вперед. Несколько участников оторвались от остальных, делая около шести миль в час. На двоих были одинаковые кожаные куртки с чем-то вроде орла на спине. Гэррети захотелось догнать их, но он твердо по мнил: спешить не надо. "Сохраняй энергию по мере возможности" - пункт 13.

- И дорога проходит рядом с твоим городом? - спросил Макфрис.

- В семи милях. Я думаю, моя мать и подружка выйдут меня встретить, - он прервался и добавил, - если, конечно, я еще буду идти.

- Ну, к побережью где-то двадцать пять из нас уже сойдут, - бросил Олсон со своим обычным видом знатока.

Наступило молчание. Все знали, что в этом Олсон прав. Еще двое участников получили предупреждение, и чтобы там ни говорил Олсон, сердце Гэррети каждый раз екало. Он оглянулся на Стеббинса - тот по-прежнему плелся позади, доедая очередной сэндвич с яйцом. Это был уже третий сэндвич, извлеченный им из кармана зеленого свитера. Гэррети подумал о том, кто их дал ему - должно быть, мать, - и вспомнил о печенье, которое дала ему его мать, настойчиво, словно пытаясь отпугнуть от него злых духов. - Почему они не пускают людей посмотреть на старт? - спросил Гэррети. - Чтобы не отвлекать внимания участников, - сказал чей-то голос.

Гэррети повернул голову. Это был невысокого роста темноволосый парень с номером пять на куртке. Гэррети не помнил его фамилии.

- Внимание?

- Ну да. Майор говорил, что для участников Длинного пути очень важно сконцентрироваться с самого начала, - он почесал свой острый нос большим пальцем. На носу багровел солидных размеров прыщ. - И я с ним согласен. Люди, телевидение - все это очень отвлекает. А нам нужно сосредоточиться, - он посмотрел на Гэррети маленькими карими глазками и повторил. - Сосредоточиться!

- Все, на чем я сосредоточен - это поднимать и опускать ноги, - заметил Олсон. Номер пять поморщился.

- Так не пойдет. Нужно сосредоточиться на себе, на своем плане.

Кстати, я Гэри Баркович из Вашингтона, округ Колумбия.

- А я - Джон Картер из Барсума, Марс, - сказал Олсон.

Баркович недовольно скривился и отстал.

- Да, в любых часах сидит своя кукушка, - заметил Олсон, но Гэррети этот Баркович показался не таким уж глупым - во всяком случае, пока один из солдат не крикнул пять минут спустя: "Предупреждение! Предупреждение пятому!"

- Мне попал камень в ботинок! - крикнул в ответ Баркович.

Солдат не ответил. Он спрыгнул с вездехода и остановился на обочине напротив Барковича, глядя на такой же стальной хронометр, как у Майора.

Баркович совсем остановился, сдернул с ноги ботинок и потряс его. Его смуглое лицо блестело от пота, и он не обратил внимания, когда солдат сделал ему второе предупреждение. Он заботливо подтягивал носок.

- Ого, - сказал Олсон. Они все разом обернулись и шли теперь задом наперед, следя за развитием событий.

Стеббинс прошел мимо Барковича, не взглянув на него. Теперь Баркович остался один посреди дороги. Он уже надевал ботинок.

- Третье предупреждение пятому! Последнее предупреждение.

Что-то зашевелилось в желудке Гэррети, как комок липкой слизи. Он не хотел смотреть и знал, что ходьба задом наперед не способствует сбережению энергии, но не мог ничего поделать. Он физически ощущал, как последние секунды Барковича падают куда-то в пустоту.

- О Господи, - сказал Олсон. - Сейчас этот болван получит свой отпуск.

Но тут Баркович пошел. Он задержался на секунду, чтобы отряхнуть грязь с коленей, и скоро догнал впереди идущих. Обогнав Стеббинса, который по-прежнему не глядел на него, он приблизился к Олсону. Он ухмыльнулся, карие глаза блестели.

- Видел? Я сумел отдохнуть. Это входит в мой план.

- Можешь так думать, - ответил Олсон чуть громче, чем обычно. - Я вижу только то, что ты получил три предупреждения. За паршивую минуту тебе придется идти три гребаных часа. И зачем тебе отдых? Мы же только начали.

Баркович сверкнул глазами.

- Еще посмотрим, кто раньше получит пропуск, ты или я, - огрызнулся он. - Это тоже мой план.

- Твой план что-то очень похож на то, что выходит из моей задницы, - заметил Олсон, и Бейкер прыснул. Баркович фыркнул и ушел вперед.

- Смотри не споткнись, парень, - бросил ему вслед Олсон. - Больше они не станут с тобой разговаривать.

Баркович шел, не оглядываясь.

В 9.13 по часам Гэррети (он так и не перевел их на минуту назад) сзади появился джип Майора. Подъехав к ним, Майор высунулся из машины и поднес ко рту громкоговоритель.

- Рад сообщить ребята, что вы одолели первую милю пути. Напоминаю, что самой длинной дистанцией, которую участники когда-либо одолели в полном составе, было семь и три четверти мили. Надеюсь, что вы улучшите этот результат.

Джип уехал вперед. Олсон смотрел ему вслед неподвижным, испуганным взглядом. "Даже до восьми миль не дотянули", - подумал Гэррети. Он думал раньше, что никто, даже Стеббинс, не получит пропуск по крайней мере до конца дня. Тот же Баркович - ему ведь нужно было всего лишь идти три часа, не снижая скорости.

- Рэй! - это был Арт Бейкер. Он снял куртку и перекинул ее через руку.

- А почему ты решил участвовать в Длинном пути?

Гэррети достал фляжку и отхлебнул глоток воды. Она была холодная и вкусная. На губах остались капли, и он слизнул их.

- Сам не знаю, - честно признался он.

- Я тоже, - Бейкер на миг задумался. - Может, тебя обижали в школе или еще где-нибудь?

- Нет.

- Меня тоже. Но сейчас это, наверное, не имеет значения.

- Наверное, - согласился Гэррети.

Разговор заглох сам собой. Они миновали деревеньку с магазином и бензоколонкой. У бензоколонки сидели на садовых стульях два старика и глядели на них стариковскими ящеричьими глазами. Молодая женщина на ступеньках магазина подняла своего маленького сына, чтобы он мог видеть их.

Рядом стояли двое ребят постарше, кто-то заговорил о том, с какой скоростью они идут. Один утверждал, что семь миль в час, другой - что десять. Кто-то авторитетно заметил, что парень впереди получил уже три порции.

Гэррети подумал, что будь это правдой, он бы уже не был впереди.

Олсон доел плитку шоколада, начатую на старте, и запил ее водой.

Другие тоже ели, но Гэррети решил подождать, пока не проголодается по-настоящему. Он слышал, что эти концентраты хорошо утоляют голод, когда-то их ели космонавты.

Вскоре после десяти они миновали указатель "Лайм-стоун 10 мл".

Гэррети вспомнил единственный ДЛИННЫЙ ПУТЬ -, который он видел вместе с отцом. Тогда они поехали во Фрипорт и смотрели, как участники проходили по улице - усталые, с пустыми глазами, не обращая внимания на приветствия и аплодисменты, которыми их награждала толпа. Отец сказал потом, что люди стояли вдоль дороги до самого Бангора. Выше дорога была окружена кордоном - должно быть, чтобы участники могли сконцентрироваться, как говорил Баркович. Но с тех пор, похоже, интерес к Длинному пути немного упал.

К тому времени, когда участники достигли Фрипорта, они находились в дороге уже 72 часа. Гэррети было десять лет, но он хорошо помнил все. Когда участники были еще в шести милях от города, Майор обратился к собравшимся с речью - начал с Духа Состязания, продолжил Патриотизмом и закончил каким-то Валовым Национальным Продуктом. Гэррети тогда рассмеялся - слово "валовый" показалось ему чем-то противным, вроде тараканов. Он съел шесть хот-догов и к моменту встречи участников намочил штаны.

Один из них кричал - это было самое яркое воспоминание. Каждый раз, поднимая и опуская ноги, он кричал: "Не могу! Не могу! Не могу-у-у!!!" Но он все равно шел, и все они шли, и скоро скрылись за зданием универмага.

Гэррети был слегка разочарован тем, что никому из них не выписали пропуск.

Больше они не видели Длинного пути. В тот же вечер, перед сном, Гэррети слышал, как

1

Страницы:1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ...13 В конец »»


система комментирования CACKLE
Все представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования их в коммерческих целях свяжитесь с правообладателями.