Электронная библиотека книг Стивена Кинга

Обложка книги Стивена Кинга -  Талисман
Талисман

Смотрителя не было. Исчезли аркады парка. Исчез Прогулочный бульвар. Джек оказался в каком-то другом месте. Он был...

"В Территориях", - выдохнул мальчик, леденея от страха.

- Лестер, о Боже, я здесь, я в Территориях! Я...

Им овладело изумление. Он зажал ладонью рот и обернулся вокруг себя, рассматривая место, куда его перенес "волшебный напиток" Смотрителя.

Океан был на старом месте, но теперь он казался темнее, почти цвета индиго. Ветер ерошил волосы мальчика. Джек взглянул на горизонт и замер: линия горизонта имела небольшой, но отчетливо видный изгиб.

Мальчик зажмурился, помотал головой и посмотрел в противоположном направлении. Заросли прибрежной травы, сочной и высокой, зеленели там, где минуту назад была карусель. Исчезли парковые сооружения. Вместо них на берегу океана валялось множество гранитных блоков. Волны разбивались о них и, пенясь, отступали в океан.

Джек больно ущипнул себя, надеясь, что все это ему чудится - но ничего не изменилось.

- Так все это случилось на самом деле! - прошептал он, и очередная волна разбилась о берег.

Внезапно мальчик понял, что Прогулочный бульвар все еще здесь... во всяком случае, его прообраз. На его месте была тропинка, где начинался бульвар, к небольшой лощинке, на месте которой в обычной жизни находился вход в парк.

Он двинулся на север, все еще держа зеленую бутылку в правой руке. Ему показалось, что там, в реальном мире, Смотритель так же держал свою шляпу.

"Ведь я исчез в том же месте, где и он? Думаю, что да. О, Боже!"

Пройдя несколько шагов, он обнаружил заросли ежевики. Ему еще не приходилось видеть таких спелых, черных, душистых ягод. У Джека в животе что-то заурчало.

"Ежевика? В сентябре?"

Неважно. После всего случившегося сегодня (а ведь не было еще и десяти) он не слишком удивился, обнаружив ежевику в сентябре.

Джек стал рвать ягоды, пригоршнями запихивая их в рот. Они были восхитительно сладкими и душистыми. Улыбаясь (его рот мгновенно перепачкался ежевичным соком), думая, что, наверное, совсем сошел с ума, он нарвал вторую пригоршню... потом третью. Это было очень вкусно, хотя позже ему пришло в голову, что эти ягоды - не совсем ягоды; некоторые из них состояли из чистого воздуха.

После четвертой пригоршни Джек зевнул. Кусты, казалось, шептали: хватит, довольно. Он еще раз зевнул и медленно поплелся на север, стараясь все внимательно рассмотреть.

На мгновение он приостановился и взглянул на солнце, которое выглядело маленьким и уже не таким ярким. Есть ли у него оранжевый ободок, как рисуют на старых картинках? Джек думал, что есть. И...

Перебив ход его мыслей, справа раздался чей-то неприятный крик. Джек повернулся на крик, и остолбенел. Это была чайка, но размером с орла. Ее маленькая белая головка склонилась набок. Она злобно щелкала клювом, огромные крылья поднимали ветер. Внезапно она бесстрашно атаковала Джека. Без всякой связи с происходящим ему в голову пришла мысль о матери. Он быстро обернулся на север, куда собирался идти. Крики чайки были настойчивы, подобно внезапному чувству голода, когда кажется, что умираешь, если не проглотишь хоть кусочек.

Он увидел флажки на возвышении - там мог бы быть гигантский павильон. "Там должна находиться Альгамбра", подумал Джек. И тут на него спикировала чайка. Он увернулся, но она сразу же возобновила попытку, раскрыв клюв и обнаружив грязно-розовое небо, что напомнило мальчику вчерашний эпизод. Затем чайка отлетела на некоторое расстояние и приземлилась. На Джека пахнуло запахом рыбы.

Чайка вновь собиралась в атаку.

- Пошла вон! - громко крикнул Джек Его сердце гулко стучало, губы дрожали, во рту пересохло, но он не хотел удирать от чайки, пусть даже такой большой. - Пошла вон!

Чайка опять щелкнула клювом... и еще раз, как будто хотела сказать что-то.

Пока мальчик здесь гуля-а-а-ет. его мама умирает...

Чайка кружила над Джеком, щелкая клювом, буравя мальчика черными глазами. Плохо осознавая, что он делает, Джек откупорил зеленую бутылку и сделал глоток.

Снова ужасный вкус напитка заставил его зажмуриться, а когда Джек смог закрыть глаза, то обнаружил, что стоит, как болван, возле таблички, на которой были изображены двое бегущих детей: мальчик и девочка. Надпись гласила: "ОСТОРОЖНО, ДЕТИ!" Чайка кружила вокруг, не пытаясь больше нападать на него.

Он не мог понять где он. В животе внезапно заныло. Ноги подкосились, и он сел возле таблички.

Внезапно мальчик глубоко зевнул, раз, потом другой, и спазм в животе начал ослабевать.

"Это все чертовы ягоды, - подумал он. - Зачем я пожадничал?"

Джек понял, что вернулся в обычный мир. В Территориях он успел сделать не более шестидесяти шагов, но...

Позади светились неоновым светом большие красные буквы: АРКАДИЯ. Хотя у него было отличное зрение, надпись сейчас была так далеко от него, что он едва сумел ее прочесть. Справа виднелась гостиница, внизу шумел океан. В Территориях он прошел полторы сотни футов. Здесь он очутился в полумиле от дома.

- Боже правый! - простонал Джек и закрыл лицо руками.

- Джек! Джек, мальчик! Странник Джек!

Голос Смотрителя раздался из старой мусороуборочной машины; Джек увидел это чудо техники, за рулем которого сидел его друг.

Мотор взревел и захлебнулся. Джек быстро взобрался в кабину.

- Все в порядке, Джек?

Мальчик протянул старику бутылку.

- Когда лекарства бывают вкусными, Странник Джек?

- Наверное, никогда, - ответил мальчик.

К нему медленно возвращались силы.

- Теперь ты веришь, Джек?

Мальчик кивнул.

- Не так. Скажи это вслух.

- Территории, - выговорил с трудом Джек. - Они там. Они существуют. Я видел птицу... - он замолчал и вздрогнул.

- Какую птицу? - резко спросил Смотритель. ( )

- Чайку. Огромную чертову чайку. Ты не поверишь. - Он подумал и уточнил. - Нет, я думаю, ты поверишь. Другие - нет, но ты поверишь.

- Она что-нибудь говорила? Многие птицы там говорят. В основном всякую чепуху, но иногда в их словах есть смысл.

Джек кивнул. Он слушал Смотрителя, и ему вновь становилось легче.

- Я считаю, что она говорила. Но это было как... - он задумался. -Так говорил один мальчик в школе Ричарда в Лос-Анджелесе. Брендон Левис. У него был дефект речи, и его слова было очень трудно понять. Птица говорила так же. Но я понял, что она хотела сказать. Она хотела сказать, что моя мама умирает.

Смотритель одной рукой обнял Джека за плечи, и они некоторое время сидели молча. Мимо них с пакетом продуктов прошел противный клерк из гостиницы. Друзья проводили его взглядом до поворота, где он опустил в почтовый ящик письма и направился обратно. Его лысая макушка отражала солнечный свет.

Послышался звук открываемой двери, и Джека охватило ужасное чувство пустоты. Пустынные широкие улицы. Длинный пляж, песчаные дюны. Заброшенный парк, неработающие аттракционы. Его мать нашла место, удивительно напоминающее конец света.

Смотритель запрокинул голову и запел мелодичным голосом:

И в жизни, и в природе - Кругом одни игра... из этого, из города Мне уезжать пора...

- Ты чувствуешь, что тебе тоже пора в дорогу, Странник Джек?

- Наверное, - ответил мальчик. - Если это поможет ей. Смогу я помочь ей, как ты думаешь, Лестер?

- Сможешь, - веско сказал Смотритель.

- Но...

- Я не могу обещать, что все пойдет, как по маслу, сынок. Я не могу напророчить тебе успех. Но я знаю, что ты можешь.

- А ты заметил, что Территории гораздо меньше нашего мира?

- Да.

Вдруг в голову мальчика закралась шальная мысль, и он срочно захотел выяснить, верна ли она.

- Я исчезал, Лестер? Ты видел, как я исчезал?

- Ты уходил, - сказал старик, и вдруг резко хлопнул в ладоши. -Вот так!

Джек непроизвольно улыбнулся. Он прекрасно себя чувствовал.

Через несколько секунд Смотритель сообщил:

- Есть серьезная причина, по которой ты должен отправиться в Территории. Там ты станешь могущественным.

- И смогу помочь маме?

- Ей... и еще одной.

- Королеве?

Старик кивнул.

- Но что я должен делать? Где? И как..

- Стоп, хватит! - Смотритель улыбнулся и взял его за руку. - Всему свое время. И потом, я не могу сказать тебе то, чего и сам не знаю... или то, что мне запрещено говорить.

- Запрещено? Кем?

- Ты опять?! Послушай, Странник Джек, ты должен отправиться в путь до того, как человек по имени Блоут...

- Слоут.

- Да, он. До того, как он появится здесь.

- Он сведет с ума мою мать, - сказал Джек, удивляясь сказанному, потому что это было правдой. - Ты его не знаешь! Он...

- Я знаю его, - медленно ответил старик. - Я давно знаю его, сынок, и он меня знает. Он знает, что я о нем думаю. Твоя мама сумеет позаботиться о себе сама. А ты должен идти.

- Куда?

- На запад. От этого океана к другому.

- Что? - изумленно воскликнул Джек, представив себе это чудовищное расстояние. Потом он подумал, что плохо плавает, а в том мире, наверное мог бы и летать, как один мужчина в телепередаче, которую Джек смотрел три дня назад.

- Я могу летать? - спросил он.

- Нет! - Смотритель почти закричал и строго посмотрел на Джека. -Не смей думать о небе! Если ты попытаешься лететь...

Он резко умолк. Джеку вдруг почудилась странная картина: он летит, синие джинсы на фоне синего неба, - и вдруг начинает падать, а парашюта нет...

- Ты должен идти пешком, - продолжал старик. - Будь осторожен со всеми, кто встретится тебе на пути. Бывают необычные люди... Бойся, если они прикоснутся к тебе, и не давай обмануть себя. Среди них попадаются Чужаки, Странник Джек, такие люди стоят одной ногой здесь, другой там, подобно двуликому Янусу. Я боюсь, что они узнают о твоем прибытии до того, как это произойдет. И они будут начеку.

- Двойники? - спросил Джек.

- И они, и прочие... Больше я ничего не могу сказать тебе сейчас. Иди, если можешь. Иди к другому океану. Путешествуя по Территориям, нигде не задерживайся. У тебя есть напиток...

- Я ненавижу его!

- Неважно, - нетерпеливо возразил Смотритель. - Ты будешь идти и искать место - другую Альгамбру. Ты должен туда попасть. Это очень опасное место. Но ты дойдешь.

- Как я найду его?

- Оно само позовет тебя. Ты ясно услышишь зов, сынок.

- Но почему? - Джек нервно облизнул губы. - Почему я должен идти туда, если там так плохо?

- Потому что там находится Талисман. Где-то, в другой Альгамбре.

- Я не понимаю о чем ты говоришь.

- Поймешь.

Лестер встал, потом тронул Джека за плечо. Мальчик поднялся. Они стояли лицом к лицу: старик-чернокожий и белый мальчик.

- Слушай, - медленно произнес Смотритель. - Ты возьмешь в руки Талисман. Не большой, но и не маленький - он похож на хрустальный шар. Потом ты вернешься в Калифорнию и принесешь его. Вот твоя задача, Джек. Уронишь Талисман - все будет потеряно...

- Не пойму, о чем ты, - повторил Джек. - Ты...

- Нет, - ответил старик. - Мне нужно чинить карусель. Собственно, я должен был закончить это еще сегодня утром. Джек, у нас нет времени. Я должен возвращаться, а ты должен идти. Ничего больше не могу тебе сказать. Надеюсь, мы еще увидимся. Здесь... или там.

- Но я не знаю, что делать!

- Ты знаешь достаточно, чтобы начать, - оборвал мальчика Смотритель. - Ты должен идти к Талисману. Он приведет тебя к себе.

- Я даже не знаю, как выглядит этот Талисман!

Старик усмехнулся и повернул ключ зажигания. Машинка тронулась.

- Поищи в Энциклопедии! - прокричал он и прибавил скорость.

Вот он свернул на перекрестке и помчался в направлении Аркадии -Страны Чудес. Джек проводил его взглядом. Никогда еще он не чувствовал себя таким одиноким.

Глава 5

ДЖЕК И ЛИЛИ Когда Смотритель скрылся из виду, Джек побрел к гостинице. Талисман. В другой Альгамбре. На берегу другого океана. Он был в отчаянии. Пока старик говорил, мальчик понимал почти все; теперь же на него навалилось множество вопросов, которые некому было задать. Территории - это реальность, и он вновь хотел туда. Даже не понимая всего до конца, он хотел туда. Сейчас главной задачей было постараться уговорить мать. "Талисман", - сказал он сам себе, входя в сумрачный холл гостиницы. За конторкой дремал клерк. Он поднял на Джека прозрачные глаза. Мальчик твердым шагом подошел к лифту. "Таскаешься с черномазыми?

Даешь им дотрагиваться до тебя руками?" Лифт летел вниз подобно большой тяжелой птице. Двери распахнулись, и Джек вошел внутрь. Он нажал кнопку с цифрой 4. Клерк смотрел ему в спину, продолжая мысленно сигнализировать: "Негроман. Негрофил. Тебе так нравятся ниггеры"?

Двери закрылись и лифт тронулся с места.

В лифте было тяжело дышать. Все мысли Джека сводились к одному - как сказать матери, что он собирается в Калифорнию один.

"Не позволяй дяде Моргану подписывать никаких бумаг за тебя..."

Выходя из лифта, он подумал: вот бы удивился Ричард Слоут, если бы знал, кто его отец на самом деле.

Дверь номера 408 была слегка приоткрыта. Перед ней лежал маленький коврик. Солнечные зайчики плясали на стене гостиной.

- Эй, мам, - крикнул, входя, Джек. - Ты не закрыла дверь, что случилось?

Он был один в комнате.

- Мама!

На столе был беспорядок, на тумбочке стояла недопитая чашка кофе.

Джек дал себе слово не паниковать.

Он медленно повернулся кругом. Дверь спальни была открыта. Там царил полумрак, поскольку Лили никогда не раздвигала шторы.

- Ау, я знаю, что ты здесь, - произнес мальчик, прошел через ее спальню и постучал в дверь ванной. Ответа не последовало. Джек открыл дверь и увидел на полке розовую зубную щетку, на тумбочке - расческу. Между зубьями запуталось несколько волосков. "Лаура де Луизиан", -прозвучал в его сознании чей-то голос, и он выскочил из ванной - это имя выгнало его.

- Нет, не нужно, - сказал он себе. - Куда же она пошла?

Он уже видел это?

Он видел это, входя в ее ванную, видел, открывая дверь своей комнаты, видел, входя в ванную, где полотенце упало на пол рядом с тюбиком зубной пасты.

Морган Слоут вломился в дверь, схватил мать и повалил на пол...

Джек поспешил в гостиную...

...потащил к двери и затолкнул в машину, глаза его стали желтого цвета.

...схватил телефонную трубку и набрал "0".

- Это Джек Сойер из четыреста восьмого номера. Моя мама ничего мне не передавала? Она должна была быть здесь... и по непонятной причине...

- Я выясню, - ответила девушка, и Джек с замиранием ждал ее ответа. -Сожалею, но никаких сообщений для четыреста восьмого.

- А для четыреста седьмого?

- То же самое.

- Скажите, а к ней не приходили посетители в последние четверть часа? Никто не хотел увидеть ее сегодня утром?

- Нужно поискать в регистрационном журнале, - ответила девушка. - Я не знаю. Вы хотите, чтобы я посмотрела?

- Да, прошу Вас.

- Я рада, что могу хоть чем-нибудь заняться в этой трясине, -доверительно сообщила она. - Ждите у аппарата.

Долгая минута ожидания в ответ: - Никаких посетителей. Возможно, она оставила для Вас записку в номере.

- Да, я посмотрю, - выдавил из себя Джек и повесил трубку.

Правду ли сказала девушка? Или Морган Слоут расплатился за ее информацию двадцатидолларовой банкнотой? Ну, это мы еще посмотрим! Некоторое время он сидел, бесцельно глядя перед собой. Конечно, дяди Моргана здесь не было - он все еще в Калифорнии. Но он мог послать других, которые похитили мать. Этих людей, Чужаков, двуликих Янусов и имел в виду Смотритель.

Больше Джек не мог оставаться в комнате. Он выскочил в коридор, и дверь за ним захлопнулась. Сделав несколько шагов по коридору, он внезапно повернулся, бросился назад и отпер дверь своим ключом. Затем слегка приоткрыл ее и помчался к лифту. Лили могла выйти без ключа - например, в магазин, или в киоск за свежей газетой.

Ерунда. Она не брала в руки газету с начала лета. Все новости она узнавала из сообщений по радио.

Наконец, она могла выйти прогуляться. В вестибюле он заглянул в магазинчик, за прилавком хворого пожилая крашеная блондинка раскладывала стопкой свежие номера "Пилл" и "Нью-Хэмпшир Мэгэзин".

- Простите, - буркнул Джек и вышел. Он остановился у бронзовой таблички, украшавшей вестибюль.

"...начала худеть и скоро умрет".

- Что? - удивленно спросила стоящая за ним женщина.

- Ничего, - Джек выскочил в центр холла. Хмурый клерк вопросительно посмотрел на мальчика. Джек подошел к нему.

- Мистер, - сказал он, стоя у края конторки. Клерк как-будто пытался вспомнить столицу Северной Каролины или основную продукцию, экспортируемую Перу.

- Мистер?

Мужчина не обращал на него никакого внимания.

Джека это не смутило.

- Я хотел бы, чтобы вы помогли мне. Вы не видели мою маму, выходящей недавно куда-нибудь?

- Что значит - недавно?

- Вы видели ее или нет? Вот и все, что меня интересует.

- Боишься встретиться с ней?

- О Боже, вы идиот! - возмущенно воскликнул Джек. - Нет, я этого не боюсь. Я просто спрашиваю, выходила ли она, и если вы не слепой, то сможете мне ответить.

Его лицо покраснело от ярости, руки непроизвольно сжались в кулаки.

- Ну хорошо; она вышла, - заявил клерк, слегка отпрянув назад. - А тебе следовало бы обратить внимание на свой тон. Он должен быть более почтительным, и тебе следовало бы извиниться, невоспитанный маленький мистер Сойер.

- Вас волнуют ваши проблемы, а меня - мои, - вслух процитировал Джек фразу из песни на одной старой папиной пластинке. Она не вполне соответствовала ситуации, но вертелась у него на языке. Клерк почему-то удовлетворенно кивнул.

- Возможно, она в саду, - добавил он, но Джек уже торопился к двери. Королева Кинематографа, Милашка из Мотеля была где-то в саду, внезапно почувствовал Джек, - но в то же время он знал, что ее там нет, потому что не видел ее по дороге в гостиницу. Кроме того, Лили Кэвэней не стала бы блуждать по парку: это так же мало интересовало ее, как многочасовое сидение на пляже.

Проехало несколько машин. Над головой кричала чайка, и у Джека сжалось сердце.

Мальчик окинул взглядом улицу. Возможно, ее заинтересовал Смотритель, и ей захотелось посмотреть на необычного нового приятеля своего сына, для чего она могла отправиться в парк. Но Джек ни разу не видел, чтобы она ходила туда. Он пошел к центру городка.

Ближе всего были универсальный магазин и кафе. Джек подумал, что ни одно из этих мест не способно было привлечь внимание его матери, но все же заглянул в окно.

За стойкой курила плохо причесанная женщина. К противоположной стороне стойки прислонилась официантка в розовом форменном платье. Вначале Джек никого больше не заметил, но всмотревшись, увидел за столиком в дальнем углу старую женщину, отодвигающую от себя чашку. Она достала сигарету из сумочки - и тут мальчик с ужасом понял, что это - его мать. Через мгновение острое ощущение ее старости прошло, но до конца-таки не исчезло, и в памяти запечатлелись два лица - Лили Кэвэней и старой женщины - у одного и того же человека.

Мальчик осторожно открыл дверь; звякнул колокольчик, о существовании которого Джек уже знал. Блондинка-официантка приветливо улыбнулась и одернула платье. Мать удивленно посмотрела на него и тоже улыбнулась:

- Дорогой мой Скиталец Джек, ты успел так вырасти, что выглядишь почти как твой отец, когда входишь в дверь, - сказала она. - Иногда я забываю, что тебе только двенадцать.

- Ты назвала меня "Скиталец Джек", - заметил он, отодвигая стул и садясь рядом с ней.

Ее лицо было очень бледным, под глазами темнели круги.

- Именно так звал тебя в детстве твой отец. Мне пришло это в голову, потому что ты все утро где-то странствовал.

- Он звал меня Скитальцем Джеком?

- Что-то в этом роде... Нет, скорее Странником Джеком, -она на, миг задумалась. - Да, именно так он и звал тебя, когда ты шлепался на пол и плакал. Это было забавно. Да, кстати, я оставила открытой дверь, поскольку не помнила, есть ли у тебя ключ.

- Я видел, - неохотно пробормотал ее сын, лихорадочно обдумывая полученные сведения.

- Хочешь есть? В гостинице о еде почему-то противно думать.

Перед ними мгновенно возникла официантка.

- Молодой человек? - спросила она, открывая свой блокнот.

- Как ты узнала, что я буду искать тебя здесь?

- Куда же еще тут можно пойти? - рассудительно заметила его мать и обратилась к официантке: - Принесите ему завтрак на троих. Он прибавляет в росте по дюйму в день.

Джек откинулся на спинку стула. Как же все-таки начать разговор?

Мать насмешливо поглядывала на него, и он решился - он должен был решиться:

- Мам, если на какое-то время я исчезну, с тобой все будет в порядке? - Что ты имеешь в виду "все в порядке"? И что значит "на время исчезну"?

- Сможешь ли ты... Вернее - очень ли ты боишься дядю Моргана?

- Со старым Слоутом я как-нибудь разберусь сама, - улыбаясь, ответила она. - Я легко разберусь с ним. К чему все это, Джекки? Ты никуда не пойдешь!

- Я должен, - сказал мальчик. - Правда.

Ему показалось, что он выглядит как дитя, выпрашивающее игрушку. Возвратилась официантка, неси на подносе яичницу с ветчиной и стакан томатного сока. Он отвлекся на миг, а когда вновь пришел в себя, то увидел, что мать намазывает маслом ломтик хлеба.

- Я должен идти, - повторил он.

Мать протягивала ему хлеб; она задумалась, и молчала.

- Какое-то время ты не увидишь меня, мама, - продолжал Джек. - Я хочу попытаться помочь тебе. Вот почему я ухожу.

- Помочь мне? - переспросила она, и мальчик услышал, что на три четверти ее удивление было наигранным. ()

- Я хочу постараться спасти тебе жизнь, - ответил он.

- Это все?

- Я могу это сделать.

- Ты можешь спасти мне жизнь. Это любопытно, мой мальчик; ты умеешь преподносить неожиданные сюрпризы. - Она смотрела на него, но в ее глазах он прочел две вещи: скрытый страх и неосознанную надежду, что он действительно способен что-то сделать.

- Если ты не позволишь мне, я все равно сделаю это. Поэтому лучше дай мне свое согласие.

- Любопытно, особенно, если учесть, что я еще ничего не поняла из твоих слов.

- Думаю, что понимаешь, хотя, возможно, и не до конца. А вот папа отлично понял бы меня.

Она покраснела и обиженно поджала губы.

- Это запрещенный прием, Джекки. Ты не должен использовать то, что мог понимать Филипп, как оружие против меня.

- Не мог понимать, а знал и понимал.

- Ты говоришь чепуху, сынок.

Официантка поставила перед Джеком тарелку с жареной картошкой и сосисками и молча удалилась.

Мать продолжала:

- Я не смогла, по-видимому, убедить тебя.

- Я собираюсь спасти твою жизнь, мама, - повторил он. - Мне нужно пройти долгий путь и кое-что принести оттуда. И я это сделаю!

- Мне хотелось бы знать, о чем ты говоришь.

Обычный разговор, подумал он: как будто он просит разрешения переночевать у приятеля. Он разделил сосиску на две части и отправил один кусок в рот. Мать пристально следила за ним. За сосиской последовала яичница. Бедром он ощущал холодок, идущий от бутылки Смотрителя.

- Мне бы хотелось, чтобы ты хорошенько подумал, прежде чем совершать какие-то поступки.

Джек доел яичницу и принялся за сок. Лили положила руки на колени. Чем дольше он молчал, тем нетерпеливее она ждала. Сын же, казалось полностью поглощен едой.

"Отец называл меня Странником Джеком", - думал тем временем мальчик. - "Это верно; самое подходящее прозвище".

- Джек...

- Мама, - спросил он, - не бывало ли, чтобы папа как бы обращался к тебе издалека, в то время, как ты была уверена, что он находится в городе? Ее брови удивленно поднялись.

- А не было ли такого, чтобы ты входила в комнату, зная, что он там, что он наверняка там, - а его там не было?

"Ответь, мама... Ответь, пожалуйста..." - Нет, - сказала мать. - Почти никогда. - Мама, даже со мной это случалось.

- Все и всегда имеет объяснение, и ты это прекрасно знаешь.

- Моему отцу - и ты это знаешь - всегда было трудно найти объяснение. А некоторые его поступки вообще невозможно объяснить.

Теперь замолчала она.

- И я знаю, куда он исчезал, - продолжал Джек. - Я тоже побывал там сегодня утром. И если опять попаду туда, то для того, чтобы спасти тебе жизнь.

- Тебе не нужно спасать мою жизнь! Не нужно никому спасать ее! -прошипела его мать. Джек уставился себе под ноги. - Что все это значит? -она сверлила его взглядом.

- Именно то, что я уже сказал. ()

Их взгляды скрестились.

- Допустим, я поинтересуюсь, каким же образом ты предполагаешь спасать мою жизнь?

- Я не могу ответить, потому что я сам до конца этого не понял. Мам, мне не нужно ходить в школу!.. Дай мне эту возможность. Я буду отсутствовать не более недели; ну, может быть немного дольше.

- Я думаю, ты спятил, - сказала она. Но он видел, что ей хочется верить ему, и ее следующие слова убедили его в этом. - Если - если! -я совершу эту глупость и позволю тебе осуществить твою затею, мне хотелось бы быть уверенной, что тебе не угрожает опасность.

- Папа ведь всегда возвращался, - заметил Джек.

- Я скорее пожертвую своей жизнью, чем твоей, - возразила она.

- Я позвоню, если смогу. Но не беспокойся, если за неделю не будет ни одного звонка. Я обязательно вернусь, как всегда возвращался отец.

- Все это безумие, - повторила мать. - И я тоже схожу с ума. Как ты собираешься попасть туда, куда направляешься? И где это? Хватит ли тебе денег?

- У меня есть все необходимое, - ответил он на последний вопрос, надеясь, что она не будет настаивать, чтобы он ответил и на два предыдущих. Вновь воцарилось молчание. Наконец, он добавил: - Я думаю, мне нужно идти. Я не могу много об этом говорить, мама.

- Странник Джек, - протянула она. - Я почти верю...

- Да, - ответил мальчик. - Да.

Он кивнул. "Возможно, - подумал он, - ты знаешь то, что знаю и я, Королева, поэтому

4



система комментирования CACKLE
Все представленные материалы выложены лишь для ознакомления. Для использования их в коммерческих целях свяжитесь с правообладателями.